12

Рекомендуем почитать

Правообладателям! Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

Ольга Маховская

Непослушный ребенок: перезагрузка



Вступление

Новые траектории развития ребенка

Жизнь течет так стремительно, что мы не успеваем не только осознать, но и просто заметить перемены в детях и теряемся в догадках: что из них вырастет и как им помочь?

«Раньше было просто: живи, работай, служи примером для своего ребенка. Он и вырастет настоящим человеком. Главное – продержаться первые 6–7 лет, а там уже и школа и – в жизнь…

А теперь? Детство стало бесконечным. Когда оно кончится? Что-то они не торопятся к тотальной самостоятельности…

Читать перестали. Как договариваться с малограмотным человеком даже у себя в доме? Толстой им не указ. Мальчиш-Кибальчиш тоже глаз не зажигает.

Компьютеры – просто чума ХХI века. Ушел – и не вернулся. А вернулся другим, чужим и непонятным ребенком.

Может, это уже мутация на генном уровне? Экология, технология, стресс…»

Услышав такой разговор взрослых на кухне, Ребенок вздохнул. Сколько ему еще предстоит сделать, чтобы научить своего родителя жить радостно и счастливо!

Если все перемены в детях воспринимать с высоким трагизмом, так всю жизнь и проживете, уткнувшись в угол от страха, будто вас поставили туда ваши собственные родители. И забыли выпустить…

Выходите, пора поговорить о счастье – смелым детям и их напуганным родителям!


«Равнодушный ребенок»: «Он ничем не интересуется». Как пробудить в нем любопытство?

«Какой-то он отмороженный, что ни говори – как об стенку горох!», «Дети стали равнодушными, ничем не проймешь. Ничто их не волнует!», «Если ребенку прямо не сказать, чтобы он подошел и покачал коляску с братиком, он будет играть, а тот хоть лопни от крика…», «Что мы такого сделали, что он нас не любит? Не скучает, никогда не обнимет…»

«Отмороженность», «пофигизм», «отвязанность» – все эти проявления и синонимы равнодушия появились недавно. Причина? Хаос в наших семьях, школах, головах. Отношения между людьми из почти незыблемых, когда друг, супруг и работа – одни на всю жизнь, стали больше напоминать поведение частиц в броуновском движении. Они потеряли глубину, т. е. строятся на визуальных кодах, а не на вживании, сопереживании, эмоциональном резонансе. Вопрос «Кто этот человек?» чаще означает «Как выглядит и смотрится?», а не «Чем дорожит и кого любит?».

«Отвязанный», вернее, «не привязанный ни к кому» человек легче и быстрее движется по жизни, легче отказывается от обременительных контактов, легче меняет место работы, профессию, машину, квартиру, страну. Отказ от глубоких чувств приводит к потере чувствительности, к тому, что не только эмоции, но и тактильные, болевые ощущения атрофируются как незначимые. Позитивизация жизни («Думай о хорошем!») стала стилем. Люди пытаются ходить только по светлой стороне жизни. Но если питаться только сладким, вкус притупится, и даже острое покажется слегка горьковатым пирожным. Вот что происходит с нами и нашими детьми. Потому что считать, что мы – настоящие, земные, а они – инопланетяне без чувств и разума, – это психологически от них отказаться.

Собственно, так и происходит. Если чувствуя, что он не вызывает сильных эмоций, ребенок настраивается на «мелкую глубину чувств», т. е. адаптируется к нашему стилю чувствования. Причина их равнодушия – в нашем желании жить ярко и необременительно, не говорить о плохом и не думать о неприятном.

За равнодушием детей скрывается и нечто другое. Так, психологи и психиатры пришли к выводу, что поколение нынешних детей вдвое невротичнее, тревожнее поколения своих родителей. Они менее уверены в себе и ищут спокойствия вовне, а не в себе. Тотальная зависимость от среды, готовность следовать куда, с кем и зачем угодно – их главная стратегия.

Неустойчивость, зыбкость, мимолетность впечатлений и отношений поддерживаются Интернетом и телевидением.

Они не чувствуют – только демонстрируют чувства напоказ. Они скрывают страхи как от родителей, так и от самих себя. Тревоги, ревность, зависть, потребность в любви и защите для них пустой звук. Вместе с этой «негативной» стороной жизни отвергается и все человеческое. Потому что сострадание, великодушие, благородство, любовь – чувства сопряженные. Это оборотная сторона страхов, это потребность в человеческих отношениях.

Чтобы дети росли неравнодушными, их способность к сочувствию должна тренироваться. Забота о другом могла бы стать ежедневной практикой, если б наши семьи были «многолюднее». Культ независимости преуспевающих женщин оборачивается одиночеством мам, которые торопятся заявить, что сами вырастят детей и никто им для этого не нужен.

Потом, жалуясь психологу на равнодушие своих детей, эти мамы фактически признаются в том, как сами нуждаются в любви, поддержке, заботе и по-настоящему теплых отношениях.

Эмоциональная блокада родителей оборачивается неразвитостью эмоциональной сферы у ребенка.

Ситуация 1. «Я плачу, а он надел наушники и играет на компе!»

У девятилетнего Сережи неприятности в школе. Ему плохо дается английский, хотя учит его с четырех лет. Ему нанимали репетитора, потратив, как казалось родителям, деньги на верное дело. Трудно представить себе современного человека без знания иностранного языка. Папа у Сережи ученый-микробиолог, часто ездит на международные конференции. Язык давался Сереже нелегко – в четыре года он еще не мог произнести все звуки правильно. Тем не менее было решено не отступать. Конечно, сын отлынивал, плакал, болел, но занятия продолжались. «Ничего, привыкнет. По-английски говорят даже примитивные народы в Африке, а тут мальчик из интеллигентной семьи!»

«Двойки» Сережи довели маму до слез. Однако мальчик, выслушав мамины причитания и жалобы на то, что ей стыдно, что у нее такой тупой сын, надел наушники и врубил музыку. Спокойно и невозмутимо.

Что происходит?

Родитель: «Я в отчаянии: очевидно, что с тобой что-то не так. Ты тупой. Иначе ты бы тоже расплакался. Хотя бы от страха быть наказанным».

Ребенок: «Я тоже плакал и умирал от стыда. Кого-нибудь это тронуло и убедило? А теперь мне все равно…»

 

Комментарий

Когда равнодушие – уже не реакция на отдельные события, людей, а фон внутренней жизни, самые разные стимулы вызывают лишь скуку. Если, пытаясь достучаться до ребенка и вызвать его жалость, мама бурно эмоционирует, говорит о непонятных и далеких от ребенка вещах, он может воспринимать это просто как смену погоды. Ого, сегодня буран! А теперь затишье. Нормальным показателем «градусника» будет 0, а не +36,6. Отсутствие эмоций станет для ребенка идеальным состоянием. И дети учатся нейтрализовать ситуации – уходя в свою комнату, надевая наушники, «отрубаясь» психологически: вроде он здесь, а на самом деле его нет.

Призывая к сочувствию, мы фактически призываем ребенка к нарушению привитых нами же норм отношений. Когда они подрастут, мы можем услышать грубое: «Да вы сами такие – отмороженные!»

 

Ситуация 2. «Избалованность ведет к апатии»

Для пятилетней Анечки родители ничего не жалели. Лучшие игрушки, лучшие платьица, лучшие педагоги, танцы, рисование, фигурное катание – все для нее! Логика родителей понятна: создавать развивающую среду для развития ребенка как можно раньше, чтобы не упустить возможность. Папа не раз повторял: «Девочке мало быть красивой! Она должна быть умным, знающим человеком с широким кругозором. Чтобы с ней было приятно поговорить и министру, и профессору, и бизнесмену!» Словом, планы были благородные, а метод воспитания казался верным. Но Анечка вдруг скисла. Раньше в ответ на покупки она реагировала громким смехом, хлопала в ладоши, радовалась – теперь же подолгу смотрела в окно, а получив в подарок очередную куклу, только вздыхала и шла с нею к себе. Просто царевна Несмеяна. Детский психолог подтвердил родительскую гипотезу: «Да, это проблема “принцесс”, апатия как следствие переизбытка хороших впечатлений».

Что происходит?

Родитель: «А вот еще кукла, посмотри, какая красивая!»

Ребенок: «Они любят куклы больше меня. Покупают себе, а дарят мне».

 

Комментарий

Утомить и надоесть могут любые стимулы, даже самые приятные. Как правило, у девочек только одна кукла – любимая. То, что у нее появится еще десяток, ничего не меняет. Любят же не за то, что кукла новая, а потому что привязались и уже оставили у себя «жить» милую, добрую куклу. С нею уже столько раз играли, она как старый друг, всегда была под рукой… Психология потребления как раз подсказывает обратное: машины, квартиры, костюмы и т. п. нужно менять как можно чаще. И мы навязываем эту модель детям. Допустим, вы меняете десятую машину. Испытываете ли вы при этом трепет, какой испытали, покупая первое в жизни авто? А если вам эти машины дарят с радостным видом? Наверное, вы подумаете, что над вами смеются, а то и издеваются.

Обращая внимание на даримые вещи, мы смещаем акценты: на первом месте оказывается не ребенок, а кукла. Исполняются не детские желания, а родительские. Априорно предполагается, что родитель лучше знает, что нужно ребенку, а ребенок, если он, конечно, хороший, правильный, благодарный, будет в ответ любить и слушаться родителей. Именно на таких условиях родители готовы баловать ребенка.

Нас не устраивает, когда дети любят родителей просто так, потому что мы и сами не готовы принять ребенка таким, каков он есть, – только «правильного».

 

Ситуация 3. «Равнодушный темперамент»

Тема был долгожданным ребенком. Особенно радовался папа-спортсмен: будет чем заняться с сыном! Но спорт и подвижные игры энтузиазма у вялого Темы не вызывали – он предпочитал тихие игры, конструктор например. И хотя среди его поделок были и машинки, и самолеты, родители никогда не слышали звуков «моторов», громкой возни. Мама порой заглядывала в детскую: да там ли сын? Если честно, ей было бы легче с веселой девочкой. А так получилось, что ребенок и не папин, и не мамин. Встревоженные родители пришли к детскому психологу: им казалось, что Тема нездоров, раз уж ведет себя «нетипично».

Что происходит?

Родитель: «Почему ты все время молчишь?»

Ребенок: «Почему они все время кричат?»

 

Комментарий

У активных родителей может родиться «не их», «чужой» ребенок – тихий, задумчивый, вялый, мечтательный. И дело даже не в том, что они его «забили», не дают развиваться. Просто от рождения у него такой темперамент. Похож на дедушку, тетю, сам по себе такой… Нет ли тут неврологической или психической патологии? Вместо того чтобы паниковать, лучше приглядимся к ребенку. Такие, как он, могут долго не говорить, не участвовать в играх. По их умным глазам видно, что они все понимают. Они ведут себя адекватно и играют по правилам. Однако никакой инициативы они не проявляют, не стремятся поделиться своими впечатлениями, их трудно растормошить – смехом, игрой, песней. Он обратит внимание, некоторое время понаблюдает, но потом скорее всего отойдет в сторону. Ему это неинтересно. Ребенок постоянно обманывает ожидания родителей, разочаровывает их и «подводит». Родители часто сами реагируют как дети: «Я, конечно, хотел ребенка, но не такого!» Как будто ребенок – игрушка из магазина.

Но ведь и ребенку трудновато с родителями, которые его все время теребят. Его самая большая мечта – чтобы родители оставили его в покое, ушли в гости или занялись чем-то своим. Как одни устают от спокойного созерцания, чтения, игры в шахматы, так другие – от общения, спешки и громких звуков.

 

Почему они становятся равнодушными?

У равнодушия несколько причин.

1. Потеря интереса к происходящему вокруг может быть результатом разлуки с близким человеком, чаще всего с матерью. Дети грустят, скучают, плохо едят и спят, ждут, когда «она придет». Но скучать ребенок может и по пропавшему котенку, по потерянной игрушке. Такое равнодушие сродни депрессии. Вывести из этого состояния ребенка можно, только вернув потерю реально или символически – через фантазирование, рисование, разговор о том, что ребенку так важно. Существенные прочные привязанности составляют ядро личности. К ним нельзя относиться со встречным равнодушием, как это порой делают родители: «А, не выдумывай! Лучше посмотри телевизор!»

2. Пресыщенность, удовлетворенность всех фантазий приводит к другому виду равнодушия – апатии. Это самая распространенная сегодня причина «детского равнодушия». Представления о счастливом детстве мы черпаем из собственных детских фантазий. После довольно аскетического советского детства тяга к обновлению привела к восстановлению буржуазной традиции. Чтобы мотивационная сфера ребенка развивалась, нужен разрыв между желаемым и реальным. Тогда ребенок будет напрягаться, тянуться, стремиться, искать то, чего не хватает…

3. Слабость желаний ребенка может быть связана с его темпераментом. К слабым типам нервной системы Иван Павлов относил меланхоликов и флегматиков. Внешне равнодушные, эти дети не лишены фантазий и желаний. Но, во-первых, они не готовы за них бороться, во-вторых, их желания совсем из другой области, нежели у холериков и сангвиников. Такие дети не очень экспрессивны, зато очень наблюдательны. Материальный мир и реальные отношения с детьми и взрослыми интересуют их меньше, чем идеи, образы, цифры, рисунки. Если предложить им выбор: поиграть во дворе с ребятами или пойти в зоопарк, – они предпочтут зоопарк. Потому что им очень интересно наблюдать за животными.

4. Причиной равнодушия может быть и неоформленность самих желаний и неумение сообщить о своих желаниях другим. Желания детей не формируются стихийно – это умение не дается только от природы. Кто-то должен ребенку показать «желанные» предметы и научить их добывать, иначе вы рискуете столкнуться с «эффектом Маугли»: предоставленные сами себе дети умеют только то, что смогли сымитировать, наблюдая за другими. Настоящие «Маугли», выросшие среди животных, даже не научились ходить на двух ногах. Еще одним проявлением «эффекта Маугли» является эмоциональная бедность жизни ребенка, монотонность поведения, невыразительность мимики. «Эффект Маугли» опаснее, чем может показаться. Им страдают дети, выросшие в одиночку, в безопасных «вольерах» иногда весьма фешенебельных пентхаусов.

5. Равнодушие может оказаться следствием излишне строгого обращения, при котором взрослые контролируют эмоции и желания ребенка. Не понимая причин родительской агрессии или недовольства, ребенок старается вести себя тише воды ниже травы.

Как предупредить равнодушие ребенка?

1. Малыша нужно окружать разнообразными стимулами, создавать визуально и эмоционально насыщенную среду. Именно это делают родители, покупая разноцветные игрушки, обращая внимание ребенка на листики, жучков, птичек во время прогулок. Темперамент ребенка проявляется уже в раннем возрасте. Одни дети спокойно наблюдают за колышущимися ветками или вертящимся волчком, другие плачут и беспокоятся, если им не дать потрогать то, что они видят. Дети, более ярко проявляющие эмоции и желания, кажутся более живыми, включенными в жизнь. Но не стоит требовать такой же реактивности от «спокойных». Возможно, их внутренний мир более тонок и глубок.

2. Детскую эмоциональность развивает чтение и рассказы. Они пугаются и радуются вместе с героями, открывают вместе с ними другие страны, побеждают врагов. Мир вокруг ребенка полон приключений и опасностей. А до 8–9 лет дети верят, что все, о чем они слышат от своих родителей, происходит на самом деле.

3. Чтобы развивать эмоциональность, нужно не только провоцировать детские переживания, но и учить детей делиться ими, рассказывать о своих опасениях, удивительных фактах. Стоит четко обозначать ребенку свои состояния: «Я устал!», «Мне грустно!», «Это так смешно!». Учите ребенка распознавать эмоциональные состояния по фотографиям людей, портретам, мимике, жестам: «У него бегают глазки, он что-то скрывает!», «Да она даже не смотрит в нашу сторону, там что-то более интересное!», «Ой, по-моему, они чем-то озадачены, сидят с раскрытыми ртами…». Поводом для интерпретаций могут быть мультфильмы, в которых герои, как правило, следуют своим чувствам и проявляют их открыто, как клоуны в цирке.

4. Детям и взрослым с любыми проблемами в эмоциональной сфере показана арт-терапия. Занятия рисованием, танцами, драмой, музыкой гармонизируют внутреннюю жизнь человека. Иногда достаточно просто давать ребенку краски и альбом. А специалист, приглашая ребенка нарисовать что-то важное (например, дом, семью), получает возможность увидеть, в чем именно проблема ребенка. Например, маленькие дети панически боятся называть причины своих страхов, устрашающие их образы. Но зато они охотно их рисуют. Нарисовать «беду» – это уже частично снять напряжение, в котором ребенок может находиться дни, недели, месяцы и даже годы. Негативная эмоция может парализовать внутреннюю жизнь ребенка. А рисунок – прекратить страдания.

5. Мы также недооцениваем роль свободного танца (произвольных движений под музыку) в гармонизации и спонтанном, естественном проявлении эмоций. Ошибочно считается, что танцы – это для девочек, а для мальчиков – спорт. Но танцы под музыку или ритм барабана тренируют интуицию, поднимают общий уровень витальности (положительных, важных для жизни гормонов). Напомним, что языческие племена устраивали ритуальные танцы вокруг костров и тотемов. А детство – это языческий период в развитии человека.

6. Чтобы ребенок вырос неравнодушным, он должен получать уроки заботы и вежливости. Объектом детской заботы могут быть игрушки, животные и… вы, дорогие родители. Почаще просите ребенка помочь и не забудьте его поблагодарить, подчеркнув, насколько это для вас важно!



«Виртуальный ребенок»: как вернуть его в реальный мир?

«У моего ребенка компьютерная зависимость. У него просто истерики, как только мы просим закончить игру», «Его ничего не интересует, кроме игр, это нормально?», «У моего сына нет друзей, да они ему и не нужны. Теперь все дружат по Интернету…»

Условия развития современных детей изменились так радикально, что даже талантливым педагогам и очень любящим родителям трудно адаптироваться. Все системы воспитания мира не учитывали возможности ухода детей в воображаемые миры. Получив классическое образование, мы уверены, что именно его нужно давать ребенку. Первым делом книги, а потом уже компьютер. Компьютер же вытесняет не только книги, но и живых людей, заботливых и родных.

Кто-то стремится изолировать ребенка от виртуальных миров, потому что они-де наносят непоправимый вред его уму и личности; кто-то, напротив, предоставляет ребенку возможность делать на компьютере все, что вздумается, поскольку не хочет мешать ему развиваться по-новому и навязывать стереотипы не столь уж безоблачного прошлого. Пока «новаторы» борются против «реакционеров», «консерваторы», т. е. умеренные прогрессисты, пробуют изучать ситуацию, понимая, что отменить компьютерные технологии уже не удастся. Футурологи предсказывают переход человечества на новый этап, когда даже вместо органов будут вставляться чипы, а со временем отпадет всякая потребность в рождении детей.

Может, мы и откажемся от своей биологии, но, боюсь, тогда мы не будем уже людьми. И поскольку мы говорим сейчас о живых, родных и любимых детях, нам придется нести ответственность за их безопасность, развитие и кругозор.

Я ставлю вопрос так: как совместить реальный и виртуальный миры в воспитании так, чтобы ребенок оставался адаптивным, его основные интересы лежали в реальном мире, а компьютеры расширяли, а не ограничивали возможности, желания, кругозор.

 

В воспитании «компьютерных» детей можно отметить три основных «горячих точки».

1. Изначально у них неверно сформированы установки по отношению к компьютеру. Покупка новой «машины» пока настолько значима для ребенка и обременительна для семьи, что это уже само по себе повышает ее значимость. Компьютер и все, что с ним связано, – это всего лишь созданный руками человека прибор, приспособление, технический помощник.

2. Купив компьютер, мы чаще всего оставляем ребенка один на один с ним, используя возможность отдохнуть. Я сторонник опосредования любой активности ребенка взрослым хотя бы на первом этапе. Это означает, что в любой новой ситуации родитель должен объяснить ребенку (стать грамотным посредником), как себя лучше вести, а не вталкивать его в темную комнату с кошмарами, захлопывая дверь, чтобы он не выскочил обратно. Именно так мы частенько поступаем, решаясь завести в доме компьютер. «Неужели мы должны не только зарабатывать и покупать эту дорогую игрушку, но еще и играть вместе с ребенком?» – спрашивают родители. Именно так.

3. Никто не соблюдает нормы работы за компьютером, но иногда устраивается что-то вроде «субботних порок». Компьютер выключается, а ребенку напоминают, кто в доме хозяин.

Ситуация 1. «Компьютеры и дисциплина»

Шестилетняя Оля может «работать» на компьютере прямо как ее папа-программист. Она на нем пишет буквы, рисует, играет. Но родители Оли все-таки за разумное ограничение «компьютерного» времени. Приехавшая погостить бабушка обнаружила, что девочка ничего не рисует, не лепит, не читает книжек. И у нее есть очевидные логопедические проблемы: Оля не выговаривает «Р» и «Ш». Ребенок категорически отказался рисовать на бумаге, объяснив, что она это делает на компьютере. В конфликт вмешался папа: «Оля – современный ребенок, ей нужен компьютер!» И тогда бабушка решила навести порядок, ограничив время пребывания Оли перед дисплеем получасом. Ровно через 30 минут она громко требовала немедленно выключить компьютер, а не то: «Я тебя накажу! И папу твоего накажу, чтобы не защищал!» Для психолога в детском саду такая ситуация уже давно стала типичной…

Что происходит?

Родитель: «Немедленно останови игру, иначе будешь наказан!»

Ребенок: «Они ненавидят меня и готовы наказать за то, что я получаю удовольствие!»

 

Комментарий

Агрессивное прерывание игры оставляет гораздо более серьезный след в детской психике, чем мы можем думать. С точки зрения ребенка, родитель его не любит и не понимает, если не готов разделить с ним его радость. Мы, к сожалению, любим измерять глубину отношений с людьми по тому, насколько они чутки к нам в трудных обстоятельствах – готовы ли они разделить с нами беду? И мы, конечно, знаем про себя, что никогда не оставим в беде своего ребенка. Но у детей другая логика. Они принимают заботу как норму, а о любви судят по тому, насколько включен родитель в радостную сторону жизни. Идеальный родитель для ребенка-дошкольника – очень веселый и добрый человек, Клоун или Волшебник. С таким можно обо всем поговорить и договориться. Он готов его слушать. Ему он верит. Строгая бабушка Оли сразу показала себя «злым» персонажем. А кому нравится слушать злюку? Оля протестовала против несправедливости, в каком-то смысле боролась со злыми намерениями. Потому что «наказать ни за что» в представлении ребенка – это, конечно, злодеяние.

Дисциплина и игра вполне совместимы. Но агрессия взрослых только ожесточает ребенка и создает эффект «запретного плода». Поэтому, во-первых, нужно формировать правильные установки еще до начала игры: «Все дети твоего возраста играют по полчаса», «Маленькие играют только с родителями». Во-вторых, у игры на компьютере должны быть альтернативные занятия: «Кроме компьютера, мы можем поиграть в “Лего”!», «А мне так нравится, как ты играешь на пианино… Так ни один компьютер не сможет!».

 

Ситуация 2. «Компьютер и потребность в любви»

Когда родители развелись, Пете было 6 лет. Развод инициировала мама – сильная и не без амбиций женщина. Как бы извиняясь за причиненные страдания, мама купила ему компьютер, решив про себя: «Я выращу талантливого ребенка, и никто не скажет, что я – плохая мать!» Петя принял подарок с радостью, тем более что мама сама поощряла игру на компьютере, тем самым как бы подтверждая, что любит сына. Пете тоже было легче играть и ни о чем не думать, чем пребывать в тревожном ожидании худших перемен. В выходные он не виделся с отцом, родители совсем не общались друг с другом, а в будни мама была занята. И компьютер стал чем-то вроде суррогатного родителя. Женщина спохватилась, когда ребенок пошел в школу. К этому времени он потерял интерес к людям и занятиям в школе, сверстники показались ему скучными, что сказалось на успеваемости. Но Петя уже и не ждал ничего хорошего… Он привык к нехватке любви и научился спасаться, уходя в виртуал.

Что происходит?

Родитель: «Поиграй на компьютере, я сегодня занята!»

Ребенок: «Родителям некогда меня любить, зато я смогу поиграть вдоволь!»

 

Комментарий

К кому больше привязан ребенок – к маме или компьютеру? Этот вопрос иногда мучит родителей. Мы ревнуем ребенка к бездушной машине, однако не готовы проводить время с ним. Раньше родитель был источником счастья на фоне довольно однообразной реальности. Теперь родители могут выступать фоном для яркой, бесконечно разнообразной виртуальной реальности. Эмпирические наблюдения показывают, что если ребенку не хватает теплых отношений в семье, любви, нежности, ласки, риск формирования всякого рода зависимостей, в том числе и компьютерной, существенно возрастает. Удовольствие, которое можно получать легко и просто, – всего лишь суррогат человеческой любви, которую ребенок не знает, как добывать. Дети застревают на этапе более простых операций, если им неизвестны или не по силам более сложные. А компьютер, несмотря на сложное внутреннее устройство, прост, поскольку им легко управлять. Чтобы конкурировать с ним, у родителя должен появиться «дружественный интерфейс». Нам следует стать ближе и понятней детям, чтобы реальный мир вокруг них наполнился очарованием и теплом.

 

Ситуация 3. «Компьютер и друзья»

У 9-летнего Вити было много друзей. Вслед за старшим братом он увлекся компьютером и всегда мог удивить одноклассников рассказами о новинках в этой области. Витя считал, что настоящие мальчики должны быть компьютерно продвинутыми, и четко делил ребят на «крутых» – у них были «компы» – и «бескомпьютерных» «лохов». С одним таким «лохом» – Сережей – Витя подрался на глазах у всего класса. А на следующий день Сергей не пришел в школу. Он заболел – получил сотрясение мозга. Родители Сергея сказали при встрече с Витей и его родителями: «Ваш сын готов убить человека за компьютер!» Родители Вити ответили: «Вы завидуете. Лучше купите своему сыну компьютер. Давайте в порядке компенсации мы сделаем это?» Но последовал отказ. Триумф Вити обернулся поражением: с ним перестали дружить. И на день его рождения никто не пришел.

Что происходит?

Родитель: «Теперь у тебя компьютер, все тебе будут завидовать!»

Ребенок: «Теперь я могу вести себя как хочу!»

 

Комментарий

Компьютерные игры, безусловно, серьезно влияют на развитие ребенка. Ребенок играет один и часто только обменивается впечатлениями со сверстниками. Со временем и этот обмен знаниями и впечатлениями становится виртуальным. Это общение вряд ли можно назвать дружбой. Ведь дружба – это очень широкий спектр форм взаимодействия: другие игры, включая ролевые, построенные на личном и очном общении; взаимопомощь; совместное творчество; спорт и пр. Очень важно, что в реальной жизни приятные и неприятные стимулы переплетены, а в «компьютерном» дети настроены только на позитивные переживания. Внимание ребенка занимают игры, но оно не направлено на другого, личность собеседника. Его жизнь, страхи, тревоги вытесняются из общения точно так же, как и из его сознания. Вследствие такого вытеснения из общения базовых эмоций личность ребенка останавливается в развитии. Общение в реальной жизни требует особых усилий и навыков. Если мы не сформируем интерес к другим детям, их жизни, интересам, переживаниям, мы обречем ребенка на психологическую изоляцию. Казус психологической изоляции в том, что даже в окружении десятков детей ребенок будет чувствовать себя одиноким и отвергнутым.

Компьютеры стали предметом престижа, что привело в школе к социальному и психологическому расслоению. Там царит первобытный капитализм. А в его основании установка: «Счастье ребенка зависит от того, обладает ли он предметами престижа».

 

Почему они предпочитают компьютеры?

1. Один на один с компьютером ребенок приобретает свободу, которой ему может не хватать в реальной жизни. Снимается родительский контроль; обычные нормы поведения, требующие напряжения, координации, учета интересов других, меняются на правила игры, которыми управляет сам ребенок. Из зависимого исполнителя он превращается в активного игрока. Эта иллюзия управления реальностью – самый сильный мотив компьютерных игр. Особенно для мальчиков, которые стремятся расширить свои возможности, пространство и повысить свой психологический статус. Они получают шанс стать победителем в виртуальном мире.

2. Игры до известной степени стимулируют воображение, вовлекая детей в новые подвижные, яркие миры. Неизученным, но явно действующим является гипнотический эффект экранных технологий. Подвижные картинки, как и любые движущиеся предметы, могут завораживать, приковывать внимание. Высокая концентрация на игре сродни гипнотическому погружению в сон. Время в таком состоянии летит незаметно, а пространство сужается до рамки экрана. Детей очень трудно отвлечь от игры.

3. Манипуляции с компьютером производятся легко. Легкость, с которой совершаются сложные (благодаря компьютерным программам!) операции, чрезвычайно привлекательна для ребенка, которому все пока дается с трудом. Она очаровывает и некоторых родителей, чье детство прошло без компьютера. Им кажется, что их дети – маленькие гении и наделены особыми способностями. И детей подбадривает чувство превосходства над взрослыми!

4. Большинство игр построено по принципу сериала: заканчивается одна сессия – начинается другая, еще интереснее. Разработчики игр стараются изо всех сил сделать игру притягательной и бесконечной, чтобы в нее можно было играть снова и снова.

5. Персонажи игр исключительно привлекательны. С главным героем, который движется к цели, преодолевая трудности, приятно идентифицироваться, за ним интересно следовать, с ним почти всегда ждет победа.

6. Компьютерная игра, как всякая азартная игра, сопровождается выработкой гормонов. Игры – это симуляторы не столько миров, сколько определенных ярких переживаний, сильных эмоций. Зависимость от игр – это гормональная зависимость. Если в реальной жизни ребенок не получает сопоставимых по силе эмоций, он предпочтет игру на компьютере.

7. Компьютерные игры тренируют оперативное внимание и память. Дети любят учиться чему-то новому, а потом демонстрировать свои способности. Им приятно ощущать, как быстро появляются навыки. Они гордятся своими умениями. Приятно делать что-то необычное и новое, и на первых порах компьютер исполняет роль тренажера.

8. Дети общаются друг с другом. Они ревниво относятся к игрушкам друг друга. Если у приятеля вашего ребенка появился компьютер, он станет просить вас купить его. Аргументы вроде «дорого», «рано» не очень убеждают детей. Им кажется, что родители их недооценивают, скупятся, а может, даже не любят их. И они начинают ждать, когда подрастут, а родители накопят деньги.

9. Компьютеры – предмет престижа. Даже некоторые взрослые переживают, что не могут позволить себе купить компьютер. И при случае начинают оправдываться перед ребенком, давая ему понять, что он живет в не очень благополучной семье. Мы путаем экономическое и психологическое благополучие, уповая на компьютеры.

Как совместить реальную и виртуальную жизни ребенка?

1. Для начала решите: что значит компьютер в вашей семье, в жизни любого человека? Заветный приз? Показатель благосостояния? Окно в мир? Технический помощник? Приспособление, делающее жизнь удобней? Преувеличение значения компьютера взрослыми повышает его значимость в жизни ребенка. Преувеличенные страхи перед компьютером играют ту же роль. Сакрализуя компьютер, мы создаем вокруг него ореол сверхзначимости. Спокойное, почти равнодушное отношение к технике позволяет ее использовать с большим умом, аккуратностью и пользой. А главное, не приведет к такой деформации системы ценностей, при которой обожествляется бездушная железяка с проводами. Компьютер – это только прибор, который можно включить и выключить.

2. Низкая самооценка у ребенка – вот почва для формирования любой нежелательной зависимости. Если приятных стимулов, которые доставляют радость, успокаивают, подбадривают, удивляют, смешат, вдохновляют, в жизни слишком мало, любое удовольствие, в том числе игра на компьютере, может вызвать зависимость. Это значит, что, не только преувеличивая значение компьютера, но и недооценивая себя, своего ребенка, мы толкаем его довольствоваться ролью простого исполнителя чужих программ, в том числе компьютерных. Большего ему и не надо. А низкая самооценка – результат слабой родительской любви.

3. Компьютер займет особое место в жизни ребенка, если у него нет друзей и других существенных связей с миром. Это настоящая проблема в эпоху индивидуализма и жизни в больших густонаселенных городах. Если у вас есть хоть какая-то возможность создавать условия для совместных игр, пребывания в группе сверстников, не упускайте ее. Боюсь, что наряду с экологической проблемой, проблемой здорового питания нас ждет контроль здорового образа жизни в целом. И на первое место выходят проблемы психического здоровья.

4. Нормативы пребывания ребенка перед экраном примерно таковы. До 3 лет никаких компьютеров и приставок! Хотя бы до 3 лет… Потому что реальности трудно конкурировать с виртуальным миром, в котором отфильтровано все неинтересное и собрано все самое «прикольное». Дистанцируясь от компьютера, мы дистанцируемся на некоторое время и от проблем, связанных с ним. После 3 лет время игры должно быть дозировано и составлять максимум полчаса, лучше в перебивку, по 15 минут. Вы можете завести правило: «Компьютер только по выходным!», «Или компьютер, или телевизор!», «Играем только вместе!». Такие правила – основа культуры использования информационных ресурсов.

5. Правило «Играем только вместе!» особо важно, поскольку гарантирует включенность взрослого в процесс игры. Но главное, мы учим ребенка манере игры, моделируем отношение к компьютеру. Детям легче справиться с непреодолимым желанием играть еще и еще, если они видят, как останавливаются взрослые. Поставьте рядом часы, объясните, что ограничение времени – это условие игры.

6. Как ответить на вопрос ребенка, зачем ограничивать время? В 4 года можно рассказать сказку про обезьянку, которая очень любила апельсины, но объелась, и у нее заболел животик. Напомните, что у человечков есть не только голова и руки, которые так нужны для компьютера, но и ножки, спинка, животик. Им тоже хочется поиграть, побегать, попрыгать. Иначе вырастет не человек, а головастик со слабым тельцем. На малышей это производит впечатление! Ставьте в очередь подвижные игры и компьютерные. Дети любят то и другое и спокойно переключаются с одного интересного занятия на другое.


«Жадный ребенок»: «Он все гребет под себя!» Как научить его делиться?

«У нас в семье все есть. Мы не нуждаемся. Почему она так дрожит над своими игрушками?», «Я боюсь, что детская жадность перерастет потом в стяжательство. А я бизнесмен и знаю, что сквалыжничество губит дело!», «Моя дочка не дает даже прикоснуться к своим игрушкам – начинается истерика!»

Жадность – один из самых тяжких пороков. Но детям до 9 – 10 лет очень трудно предъявить такую претензию. Если они и жадничают, то неосознанно. У них нет преднамеренной цели обидеть другого человека, обделить его чем-то. А за приписываемой им жадностью скрывается нечто другое.

1. Первые годы дети испытывают интерес к предметам и людям, еще не осознавая границ своего «я». Малыш тянет в рот то, что его интересует, потому что тактильные впечатления, собственные телесные переживания пока самые яркие и важные. Все, до чего ребенок может дотянуться и что может взять в руки, – его первые достижения.

2. С 3,5 лет у ребенка появляется чувство собственности, которое родители у него активно формируют. Среди свойств предметов и вещей указывается и принадлежность – «мой», «твой», «Ванечкин», «Светочкин». У ребенка есть своя кроватка, своя посуда, своя одежда. И есть свои любимые игрушки, которыми он неохотно делится – так они ему нравятся.

3. Навыки «щедрости» и совместного использования появляются и закрепляются в ролевой игре. С 5 лет ребенок знает, что значит «играть вместе». Это значит, что часть игрушек попадает в общее поле. Так, дети играют одним мячом и понимают, что такое «бросать по очереди».

4. Чтение и разыгрывание сказок формирует пока еще конкретно-образное представление о добре и зле, о жадных и щедрых героях. Так, Карабас-Барабас очень жадный, он хотел всех кукол присвоить себе, привязывает их к дереву, мучит. Кащей чахнет над златом. Золото, блестящие и редкие вещи в сказках наделены особой, хотя и не всегда понятной детям ценностью.

5. В это время дети начинают собирать мелкие, красивые предметы – пуговицы, стеклышки, фантики – прячут и демонстрируют свое «богатство». В копилочки складываются монетки.

6. К жадинам присоединяются и обжоры, толстяки, злые персонажи, готовые отобрать все самое интересное у других, а то и съесть хороших и невинных персонажей. Хотя дети четко различают «плохих» и «хороших», в реальной жизни они могут вести себя с пристрастием стяжателей. Эксперименты показали, что дети, раздавая друзьям игрушки, самые красивые оставляют себе. Иногда из 5 игрушек ребенок с трудом расстается с одной-двумя.

7. Только в 8 – 10 лет (с опережением у девочек) дети учатся справедливо разрешать бытовые конфликты, аргументируя свой выбор. Современная ситуация отягощена тем, что родители сами бывают одержимы приобретательством, шопоголизмом, коллекционированием особых предметов, модных вещей, окружая их ореолом почитания. Вместе с тем не все дети играют в традиционные ролевые игры, в которых только и развивается эмпатия – умение сопереживать, заботиться о других и охотно делиться.

Ситуация 1. «Жадность и чувство собственности»

Павлик рос очень деятельным и основательным мальчиком. «Сразу видно, растет хозяин!» – говорила бабушка. Он все игрушки складывал ровными рядами, и среди них, на удивление, почти не было сломанных или поцарапанных. Утром первым делом Павлик бежал в угол, чтобы проверить, все ли на месте. Расстраивало только то, что Павлик никому не давал играть, мог упасть на пол и кричать, если кто-то посягал на его собственность. А однажды он сильно ударил маленькую Танечку, когда та потянулась к его машинке. Родители решили отобрать у Павлика все игрушки, чтобы разрушить его «комплекс жадности». Но Павлик вопил так, что пришлось вернуть все, а потом еще долго выводить сына из шока. Неужели в три года уже поздно что-то менять и Павлик навсегда останется жадиной?

Что происходит?

Родитель: «Ты думаешь, что это твои игрушки и ты можешь делать с ними все, что вздумается?»

Ребенок: «У меня нет ничего. Я – бедный, несчастный и никому не нужный».

 

Комментарий

Мы говорим о важности «пространства личности» у взрослых. Но оно формируется уже у маленьких детей через знание границ своего тела, своего физического пространства, через чувство обладания вещами, а позже – прав, обязанностей. Границы «я» постоянно расширяются, изменяются и требуют внимания и корректного к ним отношения.

Прозвище «жадина» может только обидеть и ожесточить. Детская дразнилка «жадина-говядина» призвана принудить делиться с другими или отобрать у ребенка что-то привлекательное. Только старший дошкольник может понять: не будешь делиться – не примут в компанию. Решать этические задачи ребенку с конкретно-образным мышлением трудно. Отобрать-то отберут, но справедливо ли это будет? Если вы покупаете ребенку новую игрушку, подскажите ему, как себя вести. Если это новый велосипед, организуйте игру так, чтобы все могли покататься и при этом сам малыш не был обижен. Это ведь его велосипед! Если вы включитесь в игру, ребенок будет чувствовать себя защищенным счастливчиком, у которого не только новый велосипед, но и внимательный заботливый родитель.

 

Ситуация 2. «Жадность и потребность в любви»

Пятилетняя Света живет с бабушкой в маленьком городе. Родители уехали в Москву на заработки. Но на выходные они иногда приезжают и привозят игрушки, конфеты, одежду. Света, конечно, ждет выходных, каждое утро спрашивает бабушку, сколько осталось до субботы? «А мама приедет?» – «В эту субботу нет, а вот в следующую – точно», – вздыхает бабушка. Она тоже ждет Светиных папу и маму.

Но приехали родители только через месяц, под Новый год. Света не успела поиграть с мамой, которая все время куда-то спешила, уходила то в магазин, то к подруге. А папа возился в сарае с дровами. Только когда гости собрались за праздничным столом, Света пристроилась возле мамы. Мама решила показать присутствующим купленную Свете шапочку. За столом кто-то пошутил: «Дай-ка и я примерю!» Света быстро сняла шапку и спрятала за спиной. «Да ты жадная какая!» Мама велела поделиться, но Света расплакалась, убежала. А шапку нашли только утром под подушкой, когда девочку стали одевать на прогулку. «Что же ты ее такой дикой растишь? Разве я ей мало покупаю, что она жмотничает?» – упрекала мама бабушку.

Что происходит?

Родитель: «Отдай то, что я тебе подарила!»

Ребенок: «Она отнимает у меня то, что мне так нужно! Мне этого так мало!»

 

Комментарий

Дети ждут от нас не вещей – любви. Но если мы станем на этот путь суррогатов, заменителей родительского внимания и заботы, нужно ожидать, что дефицит в любви переродится в пристрастие к вещам, подаркам, игрушкам, которые мы оставляем вместо себя. Ни один ребенок не пошел бы сознательно на такую сделку. Но мы не оставляем им выбора.

Занятый родитель сам испытывает чувство вины за то, что так мало уделяет внимания ребенку. Покупая игрушки, он компенсирует и свою потребность проявлять внимание к ребенку. Рожая детей, мы должны быть готовы к компромиссу и откладыванию ради них важных дел. Если получение дополнительного образования, покупку новой машины или получение кредита можно отложить, то восполнить дефицит любви, накопленный в первые годы жизни ребенка из-за хронической занятости или отсутствия родителя не удастся никогда! Дети судорожно хватаются за наши подачки не потому, что они жадные, а потому, что голодные. И если вы скажете, что берете отпуск и теперь все время будете дома, ребенок с радостью отдаст вам все, что у него есть. И шапку подарит первому встречному.

 

 

Ситуация 3. «Жадность и ревность к младшему ребенку»

Семилетняя Юля очень переменилась, когда у нее появился маленький братик. Вначале она с обидой спросила: «А что, он будет спать в моей кроватке?» – «Но ты из нее выросла. И у тебя есть новая, большая!» – ответила мама. Это не убедило Юлю, и она забрала к себе под кровать игрушки, а любимую куклу спрятала под подушку. Родители отругали девочку за то, что она жадная и недобрая. И тогда Юля потребовала, чтобы «его» унесли из детской, отдали соседям или в детский дом, к другим малышам. Жестокосердие девочки заставило родителей обратиться к детскому психологу.

Что происходит?

Родитель: «Ты – жадная, злая девочка. Тебе даже крохе жалко отдать старую ненужную кроватку!»

Ребенок: «Они теперь все отдадут ему. А меня больше никто не любит и не слушает. Я так старалась, а они обзываются!»


Комментарий

Если ребенок не готов к появлению братика или сестрички, новость и неизбежное уменьшение внимания может вызвать настоящее страдание. И тогда страстное отношение к своим вещам, нежелание ими делиться будет только вершиной айсберга под условным названием «Потребность в любви и заботе». Ситуация только усугубится, если родители начнут взывать к совести и угрожать. Фактически родители подтверждают самые страшные догадки ребенка: «Они меня теперь не любят». Да и любили ли когда, если собрались и родили другого, на замену? В 7 лет у детей уже есть чувство собственности и неприкосновенности своей «территории», но очень слабое моральное сознание. Они знают, что нужно делиться и что хорошие герои сказок помогают другим и не жадничают, но не готовы это делать сами, прямо сейчас. Родители должны напомнить своему первенцу, что они его любят по-прежнему и никогда ни на кого не променяют.


Почему они жадничают?

1. Дети привязаны к предметному миру больше, чем взрослые. Не только дорогих людей, но и вещи, игрушки, конфеты они предпочли бы не выпускать из рук, ну, хоть не упускать из виду.

2. Даже если игрушку на время уносят из детской, малыш беспокоится. У него еще не сформированы пространственно-временные отношения, нет представлений о «потом», «завтра». Ему важно «здесь и сейчас». Когда вы просите своего ребенка не плакать в детском саду, обещая прийти вечером или забрать его пораньше, он не понимает, о чем идет речь. Но зато видит, что прямо сейчас готовы уйти, бросить его. Слова: «Мальчик поиграет твоей машинкой и отдаст!» – для малыша не аргумент. Отдавать-то нужно прямо сейчас!

3. Приписываемая детям жадность – это и формирующееся чувство собственности. Они осознают и требуют признать их «территорию» – кроватку, стол, стул, «богатство» – игрушки, «права» – желания. На глазах у детей родители все время обозначают «мое», «твое», «наше». Принадлежность – одно из свойств предметного мира, и мы сами учим детей тому, что все предметы вокруг кому-то принадлежат.

4. Поскольку у малышей нет еще четкого представления о своих границах, а в их пока аморфное «я» входят и значимые предметы, и значимые люди, отнятие предметов приводит к чувствительной для малыша потере силы, влиятельности «я». Языческие верования во многом строятся на детской психологии: амулеты, талисманы, символические украшения создают эффект психологического усиления «я».

5. Пристрастие детей к предметам из-за слабости и размытости их границ и несформированного еще чувства целостности и защищенности. Отнимая игрушки, мы наносим более глубокую травму ребенку, чем думаем. Мы недооцениваем ущерб и переоцениваем «жадность» ребенка.

6. Детей учат делиться еще до года на уровне «На!» – «Дай!». В процессе игры дети постоянно обмениваются игрушками, иногда это условие самой игры. Если игрушка находится в поле зрения ребенка, то, что ею играет другой ребенок, может не вызывать тревоги. Чем чаще происходит обмен, передача предметов, тем легче дети расстаются с ними. «Жадные» дети – это дети с нетренированными навыками обмена игрушками, совместной игры и иными навыками кооперации. Им легче обучаются в детском саду, где заведомо игрушки «ничьи» и никто не может их присвоить. А распределяют игрушки взрослые – воспитатели и няни, с которыми не поспоришь.

7. Иногда пристрастие к вещам – своеобразное проявление детской потребности в любви, защите, спокойствии. Кукла может стать особо любимой и значимой потому, что это единственное создание, которое всегда с ребенком, его страховка от одиночества. Но таким «амулетом» может быть все что угодно. Фантик от конфеты, которую ребенок съел в минуту счастья, может напоминать ему еще долго о чем-то важном и замечательном. Жадность тут ни при чем. Это другое по сути пристрастие!

8. Сознательно жадничать люди начинают после 10 лет, в период формирования морального сознания. Жадность – одно из самых порицаемых качеств. Но оно требует умения управлять своими желаниями и предсказывать последствия своих действий. Поняв, что, не поделившись конфетами, он потеряет расположение друзей, ребенок разрешает дилемму «давать или не давать?» в пользу дружбы!

Как предупредить развитие жадности у детей?

1. Бесполезно дразнить детей и уповать на их сознательность, пока у них не сформировано абстрактное мышление и моральное сознание. Дети могут правильно оценивать поступки героев сказок, указывать на «плохих» и «хороших», но при этом не делиться со сверстниками или с братьями-сестрами. Потому что у жадности, как вы уже поняли, неспецифические мотивы.

2. Ребенка дошкольного возраста можно научить распределять предметы, игрушки, делить торт, конфеты, заботясь, чтобы хватило всем. Ни один ребенок не смирится с тем, что ему ничего не достанется в результате дележа, с принципом «сам пропадай, а товарища выручай!». Делят обычно по кругу, как в поговорке про Сороку-белобоку: «Этому дала, этому дала…» – загибая пальчики по количеству ртов-птенчиков. Навык формального распределения потом пригодится и при решении моральных задач.

3. Чтобы ребенок хотел поделиться, нужно его всячески к тому поощрять. Важно не то, что ребенок лишается чего-то важного, иначе мы должны были бы приучать ребенка к мазохизму, вечным мукам из-за того, что ему все время придется расставаться с чем-то дорогим. Важно, что кто-то станет счастлив или хотя бы доволен потому, что с ним поделились. «Вот видишь, как малыш повеселел, как только ты его угостил конфетой!», «Если б ты не дал поиграть машинкой, может, твой друг не выздоровел бы так быстро!», «По-моему, от того, что вы вместе поиграли, мяч стал еще красивей и привлекательней! Теперь в него захочет играть весь двор!», «Глядя, как вы играете, я бы с радостью поиграл с тобой. Вместе веселей!».

4. Ребенок должен уметь не только отдавать, но и просить. Делиться – значит совершать встречные действия. Иначе «щедрость» может стать пороком, манией или проявлением гордыни. Если у ребенка есть друзья, то игрушки и вещи будут циркулировать. Но отдавать вещи насовсем или присваивать игрушки, которые ребенку дали на время, можно только с разрешения родителей. Реальными собственниками на игрушки ребенка пока остаемся мы, взрослые. Дети могут не понимать истинной ценности вещи. Призывайте детей советоваться в сложных ситуациях.

5. Внимание! Обычно «степень жадности» ребенка и родителя совпадают, потому что ребенок перенимает отношение к вещам и навыки их распределения у родителей. Поэтому жалобы родителей на жадность детей выдают их собственные проблемы, которые, как и детские, могут быть самого широкого спектра: выдавать общую тревожность, потребность в любви и обожании, стремление контролировать жизнь членов семьи и даже склонность шантажировать домашних их мнимыми пороками. «Мой ребенок – жадный!» – это не только детский симптом, но и симптом «взрослого», возможно, хронического порока.

6. Жадности противоположна не только «щедрость», но и умение заботиться, помогать. Делятся не только сладостями, игрушками, но и добрыми чувствами, радостью, новостями! Трудно представить себе заботливого и жадного человека. Рассказывая ребенку о чувствах, переживаниях, проблемах других детей, вы тренируете в нем умение сочувствовать и готовность поддерживать других людей.

4

«Болтливый ребенок»: «Его не остановить!» Как научить его молчать и слушать?

«Мой ребенок говорит без умолку, просто птица-говорун!», «От него голова гудит. Даже во сне бормочет», «Разве это прилично, вмешиваться в разговор взрослых?», «Она рано заговорила, но я начала жалеть об этом».

Нетипичные жалобы, если учитывать, насколько распространена сегодня дислексия, т. е. отставание в речевом развитии. Чрезмерная говорливость тоже зовется красиво: вербализм. Под ним понимают опережающее развитие левого полушария, отвечающего за речевые способности. Дело не в том, что ребенок говорит быстро и нечетко, это-то нормально для начальной неразвитой речи, а в том, что он не реагирует на ответные реакции, не слушает, что ему отвечают, о чем просят. То, о чем он говорит, может не иметь никакого отношения к тому, что он делает, и к тому, что находится в поле зрения. Такое впечатление, что речевой поток сам по себе, а жизнь сама по себе.

Ребенок не устает говорить, хотя любой взрослый через пару часов непрерывного говорения почувствовал бы усталость и желание побыть в покое. Вербализм непродуктивен – так ни о чем ни с кем не договоришься. Да и каких-то намерений, характерных для целенаправленной речи, ребенок может не высказывать. Словом, вербализм – не совсем адекватное возрасту и ситуации поведение ребенка, которое к тому же трудно корректируется.

Но, помимо психофизиологических причин «болтливости», могут быть причины психологические: личностные особенности, пережитая травма и латентный стресс, богатое воображение, желание копировать другого, дисинхрония в развитии и временный всплеск речевой активности, аутичная речь во время ролевой игры, особенность речевой среды, в которой растет ребенок. Так, очень говорливы дети актеров или радиожурналистов.

До года дети различают голоса, их тембр, громкость, эмоциональную модальность, но не всё понимают – только простые команды. Смысло-речевые связи пока просты, условно-рефлекторны.

В 1–2 года ребенок переживает первый вербальный бум. В это время он начинает активно усваивать слова, учится распознавать предметы и запоминать их названия, а к 2 годам уже говорит простыми предложениями. Развивается синтетическая функция коры головного мозга.

Дети 3–4 лет, научившись говорить развернутыми предложениями, могут играть самостоятельно в сказку, озвучивая ее «по-взрослому», не всегда понимая, что они говорят. Этот этап в развитии речи называется аутичной речью. Ребенок разговаривает с воображаемыми собеседниками, и его не интересуют их мнения и реакции. Это было бы слишком сложно для ребенка: разговаривать с различных точек зрения. Он говорит в основном «от автора», «от себя». Именно в это время дети начинают запоминать стихи, заучивая ритм, слова, интонации, и читают их так, будто сами придумали.

Дети 5–6 лет замечают, что не только персонажи, но и взрослые говорят в разной манере, используют необычные и непонятные слова, некоторые фразы повторяют особо часто и с выражением (например, «Ох, как же я устала от тупости!», или «Боже мой!», или «Ша!»). Дети могут копировать и смеяться, потому что речевая активность уже рассматривается ими как род игры. Складывая слова в предложения, распевая их на разные лады, обращаясь к разным людям, дети изучают речь. Объектом копирования могут стать и телеперсонажи, «говорящие головы».

Ситуация 1. «Непрерывная речь и стресс»

Семилетнего Тему внезапно «прорвало»: глаза горят, возбужден, что-то все время говорит-говорит-говорит. Бабушка вначале подумала, что его сглазили. А родители посчитали, что пройдет. Температуры нет, все на месте, успокоится. Но Тема перестал спать по ночам. Просил маму взять его к себе, засыпал ненадолго, а потом вставал резко, схватывался и требовал включить свет, просил с ним поиграть. И даже строгое требование ложиться спать Тема «опротестовал»: то попить, то в туалет, то покушать, то носочки подавай, потому что ножки замерзли. На третий день родители обратились к специалисту. Психолог спросила: «Ты его боишься?» – наугад, если это страх, то ребенок назовет «его». Тема кивнул, побледнев. «А скажешь?» – Тема отрицательно покачал головой. Дети очень боятся называть причины страхов, опасаясь еще более тяжелых последствий. И тогда врач попросила ребенка нарисовать того, кто вызывает страх. Тема не нарисовал, а написал: «Лукавый». Бабушка призналась, что учит Тему читать «Отче наш»: «… защити нас от лукавого». Мальчик подсознательно понял, что молитва, разговор сдерживают опасного персонажа… Решено было прекратить опасные опыты над психикой ребенка. Теме объявили, что лукавый исчез и теперь все снова стали свободными и спокойными. «А если кто-то посмеет тебя обидеть, я ему покажу! И не таких видали!» – театрально произнес папа. А Тема стал прежним спокойным и рассудительным мальчиком.

Что происходит?

Родитель: «Что ты все время бормочешь? Замолчи, наконец!»

Ребенок: «Если я замолчу, мы все пропадем!»


Комментарий

Страхи настолько возбуждают подкорку, что кора головного мозга не может справиться с силой сигналов. Ребенок не может сам ни объяснить, ни сдержать эмоции. В ситуации стресса наблюдаются два типа реагирования: шок, торможение всех процессов (при этом ребенок ни говорить, ни дышать, ни двигаться не сможет) и расторможенность, гипервозбуждение. В этом состоянии ребенок не может сдерживаться, контролировать и управлять своими реакциями. Понять, что его волнует, чего он хочет, по потоку речи очень трудно. Если спросить прямо, то окажется, что он хочет всего и сразу, но ни на чем не может остановиться. На самом деле малыш ищет успокоения, но символический враг все время в центре его внимания, стоит перед глазами. Пока дети маленькие, страх можно вывести вовне с помощью рисунка. А с «выведенным» страхом можно манипулировать. Когда враг обнаружен, назван и уничтожен, очаг возбуждения угасает, и ребенок возвращается к обычной жизни. Детям в религиозных общинах постоянно напоминают о страшных персонажах, которые вот-вот погубят самые светлые, детские души. Это провоцирует религиозный логоневроз, бормотание сквозь слезы.


Ситуация 2. «Желание говорить и потребность в любви»

Маленькая Лора измучила родителей болтливостью. Особенно доставалось папе. Он бизнесмен и часто ездит в командировки. Увидев папу, Лора бросалась к нему на шею, а потом буквально следовала по пятам. Однажды утром родители проснулись от того, что малышка пела за закрытой дверью спальни. Она не могла войти и напевала в дверную щель песенку про Новый год, хотя на дворе стояла весна. Родители встревожились: разговаривает без умолку, несвязно, все подряд, что в голову взбредет… На приеме психолог обратила внимание, что никто из родителей не держит ребенка за руку и не прижимает к себе, будто Лора – чужая. «Вы боитесь заразиться от своего ребенка говорливостью? Но это не передается воздушно-капельным путем!» – засмеялась врач и посадила Лору рядом с собой, обняв ее за плечи и лукаво заглянув в глаза. Рекомендации состояли в том, чтобы почаще проявлять любовь к девочке. И впрямь: как только Лору стали обнимать, ласкать и называть уменьшительными именами («Лорочка», «Лорчонок», «Лорусик»), она стала затихать и с удовольствием играть с детьми в садике, а не стоять в сторонке в ожидании родителей.

Что происходит?

Родитель: «Ты странная, нас это пугает!»

Ребенок: «Это вы странные, не обнимаете и не целуете меня… Вы меня не любите!»


Комментарий

«Болтливость» может сообщать о том, что ребенок встревожен, у него нарушено чувство защищенности и активизирована потребность в любви. Если родители люди сдержанные, целеустремленные, не тратят лишних слов и действий друг на друга, не проявляют нежности и любви ни к ребенку, ни друг к другу, ребенок растет в психологической изоляции. Нервное повторение всего, что ребенок знает, – это поиск ключей к сердцу родного человека, перебор вариантов наобум, а вдруг получится, родителей проймет, заденет. Некоторые отцы опасаются нежных отношений с девочками, сдерживая чисто мужские порывы, или боятся прослыть мягкими отцами, сентиментальными и зависимыми от любви маленькой девочки. Дети не понимают сложностей внутреннего мира взрослых. Они просто нуждаются в тепле, прикосновениях, ласках. Только тактильный контакт служит детям, да и всем остальным, подтверждением истинной любви и принятия. Иначе пройдет время, и вам ребенок ответит тем же. Он уже не будет болтать без умолку. Он просто не будет разговаривать, разочаровавшись навсегда.


Ситуация 3. «Мобильная связь повышает коммуникативность»

Восьмилетний Сережа мешал вести уроки спонтанными репликами. Если его не останавливать, то он будет говорить без конца, обращаясь то к одному, то к другому. Он был в общем-то добрым мальчиком, поэтому учительница сначала отнеслась к его «болтливости» как к временному явлению. Но за два года мало что изменилось. Школьный психолог обратила внимание на то, что на каждой переменке Сережа созванивается с мамой. А мама на встрече заявила, что такой контроль необходим, а то мальчик потеряет ориентацию: «Он такой слабый, невнимательный, особенный, впечатлительный. Ему нужна поддержка, разве не так?» – «Может, это вам нужна поддержка и вы его держите на волне своего напряжения?»

Что происходит?

Родитель: «Звони мне, как только возникнут проблемы!»

Ребенок: «Похоже, что у меня постоянно проблемы. Если б не мама, я про них ничего не узнал бы. Как только другие живут?»


Комментарий

Дети, кажется, рождаются сегодня с гаджетами в руках. Мобильные телефоны стали в школах настоящим бедствием, и в парламенте разрабатывают закон, запрещающий брать мобильники на занятия. Прямо запрет на ношение оружия!

Исследования показывают, что мобильная связь снижает производительность в любой сфере, отвлекая от прямых обязанностей. Около 80 % разговоров не носят не то что обязательного, жизненно важного характера, но не несут никакой информации, кроме присутствия в жизни другого человека. Так в общении удовлетворяется невротическая потребность в принятии, любви, поддержке, желание быть кому-то нужным. Такая потребность удовлетворяется и в общении мам с детьми. Непрерывная психоэмоциональная связь стимулируется, а самостоятельность – подавляется. Снимается и речевой контроль, повышается спонтанность речи. Ребенок говорит все подряд, не задумываясь об эффектах своих сообщений. Напомним, что в далекие времена, когда не было мобильных, да и стационарные телефоны были не у всех, родители обсуждали школьные проблемы до и после занятий, делегируя ответственность ребенку за учебу и поведение. Подтверждать потребность друг в друге можно и за пределами социальных ситуаций, в которых все ведут себя солидарно, учитывая нормы и правила.


Почему они все время говорят?

1. Они говорят, во-первых, потому что им это нравится. Детям (и взрослым!) нравится делать то, что у них получается. Кроме того, они заметили уже, как радуются родители детской способности рассказывать что-нибудь длинное.

2. Речь изначально – способ привлечь внимание к себе. Услышав голос ребенка, родители бросают свои дела и мчатся к нему. Речь позволяет находиться в контакте со взрослыми.

3. Особо говорливыми бывают дети, которым как раз и уделяют слишком много внимания, сверхопекаемые. Окруженные воспитателями, они получают дополнительные возможности потренировать речевые навыки. А вместе с контактами они привыкают и к повышенному вниманию, обожанию, восторгу. Поэтому и в своей речевой деятельности такой ребенок не столько общается, сколько демонстрирует свое присутствие, собирая похвалы и подбадривания. Так что не создавайте в семье культа младенца.

4. Серьезной причиной вербализма – особенности развития с повышенной речевой активностью – является асимметричное развитие полушарий, опережение речевых центров. Главная сопутствующая проблема вербализма – слабые и неустойчивые смысловые связи, отставание в развитии мышления. Ребенок может повторить и запомнить слова и целые тексты, за которыми не стоит никаких образов. Беспредметная пустая речь расстраивает родителей больше всего. Эта проблема «аукается» уже в школе, когда требуется сообразительность и самостоятельность, а не приблизительные ответы и «речевой энтузиазм». В старой психиатрии людей, у которых за богатой речью скрывается низкий интеллект, называли зло, но метко – «салонными олигофренами».

5. Ребенок может вести себя расторможенно, суетливо, громко и в ситуации стресса. Этот переход от обычного поведения к нервному, реактивному состоянию возбуждения, моторного и речевого, легко заметить родителю. Например, посмотрев новости о теракте, ребенок может представить себя в эпицентре взрыва и прийти в необычайное беспокойство. Вот почему психологи просят не смотреть новости в присутствии детей. Это информация для взрослых. Возбудить ребенка может и ночной кошмар. Не обязательно в семье должна быть тяжелая атмосфера, чтобы ребенок рос в стрессе. Стрессогенным фактором может быть и посторонний стимул.

6. Дети людей «речевых» профессий отличаются яркой, образной речью. Они любят выступать и понимают, что речь – это их «фишка», преимущество перед другими детьми. Возможно, за это их любят? И потом, они так хотят быть похожими на родителей, наблюдая их публичные выступления и триумф на сцене. Но дома дети актеров, журналистов, учителей могут замолкать и вести себя, как все дети.

7. Ребенок, перебивающий взрослого, может быть плохо воспитан. Ему просто не сказали, что взрослых перебивать нельзя. Более того, он не понимает, почему он говорит и никто не обращает внимания.

8. Поскольку сегодня дети подолгу остаются одни, то их желание говорить иногда определяется тем, что они очень скучают по общению, по живой человеческой реакции и теплу.

9. Немаловажный фактор – постоянно включенный телевизор. Родителей может расстраивать не столько темп речи, сколько то, что дети обнаруживают не то, чему их учили специально. Они могут орать, браниться, издавать противные звуки.

10. Бабушки – основной фактор речевого развития в семье – тоже остаются влиятельными стимуляторами активного говорения.

 

Как научить их слушать и молчать?

1. По-настоящему болтливому ребенку я бы рассказала одну хорошую тайскую сказку. Одна птичка не могла молчать и говорила обо всем, что видела. Однажды она нашла целую горсть зерен и не смогла удержаться: «Зернышки! Зернышки!» На ее крики слетелись другие птицы и оставили болтушку ни с чем! А представьте себе Зайку-болтунишку. Долго ли он проживет, если все время будет подавать сигналы, по которым его легко обнаружит Волк. Собственно, и сказка про Колобка – это тоже притча о том, как хорошо нужно подумать, прежде чем открыть рот. А то можно попасть в рот к Лисе!

2. Если ребенок страдает вербализмом (вернее, вы страдаете от вербализма своего ребенка!), значит, придется восполнять дефицит в развитии. У ребенка слишком развито левое полушарие, которое отвечает за развитие речи, но слабее – правое, которое отвечает за развитие воображения, образное мышление. Именно этим функциям нужно уделять особое внимание. Рисование, лепка, конструктор, музыка – вот в чем спасение! Тренируйте у ребенка способность к комбинированию. Пусть собирает мозаику, пазлы, разукрашивает картинки и клеит аппликации. Это тоже дает нагрузку на правое полушарие.

3. Активное говорение, многословие, как вы уже поняли, не является общением, если ребенок не учитывает запросов и намерений собеседника. Способность спрашивать, отвечать на вопросы, задавать свои, играть вместе, помогать по дому тренируется в ролевой игре. Когда вы читаете сказку, можно попросить ребенка произносить текст за одного из героев. Это поможет ему отследить, как развивается сюжет, и понять особую роль своего персонажа. Чтобы ребенок правильно использовал знания, стоит поощрять его в самых разных социальных ситуациях – в больнице, в магазине, на площадке. Предлагайте ему познакомиться, спросить «Как дела?», предложить поиграть другому ребенку, заплатить продавцу, постоять в очереди в регистратуру.

4. Если все-таки чрезмерная говорливость – это проявление возбудимости или стресса, нужно использовать весь набор средств, способных успокоить ребенка. Прижмите его к себе и медленно погладьте по голове. Положите его спать, рассказав простую историю, погладив по спинке.

5. Включите спокойную музыку в фоновом режиме и не включайте телевизор, который сам по себе может будоражить ребенка. Кстати, наряду с компьютером это один из постоянных «возбудителей». Чрезмерная говорливость может быть и симптомом переутомления от перевозбуждения после длительного пребывания перед экраном с мелькающими образами.

6. Гармонизирующий эффект имеют прогулки на природе. Летом ребенок получает столько приятных и тотальных стимулов, что это сказывается на нервной системе в целом. Полная релаксация, несомненно, снизит и вербальную активность.

7. Управлять своим речевым поведением должны уметь все дети. Игра в «молчанку» (хоровое молчание, пока кто-то не «проколется») – коллективный тренинг умения не разговаривать. Дети часто не выдерживают паузы, не замечают, как начинают говорить. Можно за молчание во время занятий присуждать призы или баллы.

5

«Жестокий ребенок»: «Он никого не жалеет». Как научить его любить?

«Он стал бить кошку так, что мы его еле оттянули. А бедное животное отдали родственникам, подальше от греха!», «Мне сказали в школе, что дочь собрала какую-то банду и они избивают, дразнят и портят вещи скромным девочкам. Не могу поверить. Я ее этому не учила!», «Мой сын изгой, он не играет в компьютерные игры, и это повод для жестоких насмешек!»

Жестокость – это чрезмерная агрессия с холодным сердцем. Когда ребенок просто выдает агрессивную реакцию, мы понимаем, что он чем-то глубоко задет, обижен и таким образом сопротивляется. Возможно, он просит о помощи или обращает наше внимание на свою проблему. Такая агрессия, хоть и неприятна, вызывает понимание и даже сочувствие. Но если ребенок не выдает никакого внутреннего беспокойства, а холодно и спокойно совершает раз за разом опасные для здоровья других поступки, наносит обиды, это пугает, обескураживает и просто повергает в отчаяние родителей, которые вложили в него столько тепла и надежд.

Холодность детей – следствие неразвитости эмоциональной сферы. Увы, этот синдром весьма распространен, поэтому стали популярны программы по эмоциональному благополучию. После эпохи борьбы с бедным детством мы будто бы спохватились: сытый и апатичный, активный, но безжалостный ребенок – не то, к чему мы стремились. Мы научили детей аккуратно обращаться с вещами в обмен на новые игрушки, тихо сидеть за компьютером в детской… Но они равнодушны и жестоки…

Постоянная занятость и темп жизни не позволяют современному родителю установить глубокий эмоциональный контакт с ребенком так, чтобы чувствовать его тревоги. Отмахнувшись от переживаний детей, можем ли мы рассчитывать на их искренность и открытость? Жестокость детей – это оборотная сторона и закономерный результат нашего равнодушия к их чувствам. Кто-то делает это агрессивно, открыто. Кто-то спокойно, но настойчиво, показывая, что никакая жалоба ребенка не заставит дрогнуть сердце родителя. И тогда ребенок логично заключает, что миру вокруг нет дела до него, его никто не любит.

Самое глубокое проявление эмоциональной холодности – потеря тактильной чувствительности. Дети иногда щипают себя или бьют чем-то по ладони, чтобы почувствовать себя. Отсутствие связи с миром переживается болезненно и в детстве. Мы мало обнимаем и ласкаем детей, оставляя их на «воспитание» экрану компьютера или телевизора, и эпицентром их чувствительности становится зрительное воображение. Они живут в фантазиях, у них не развито чувство реальности. Поэтому они легко попадают в плен виртуальных миров, выбирая в качестве кумиров сильных и яростных героев, способных понизить их порог чувствительности. Когда они бьют или обижают, они не чувствуют боли…

Ситуация 1. «Жестокое обращение сверстников»

Светлану стали дразнить в классе с самого начала. Она была очень худой и высокой. Прозвища были обидными («Глиста», «Спица» – «Спица, с кем тебе спится?», «Спица, не боишься спиться?»), одноклассники назойливы. Насмешки не стихали и на уроках. Стоило учителю вызвать Свету, как тут же раздавались смешки, шушуканье. В спину летели мелкие резинки, колпачки от ручек. Словом, Света стала «изгоем» и «козлом отпущения». Ее не приглашали на дни рождения, все неприятности в классе валили на нее. Казалось, снег пойдет – будет виновата Света. Училась девочка кое-как и часто болела. Это было спасением. Но однажды она вернулась домой с распоротым портфелем. И мама решила вмешаться. «Нет!» – закричала Света. Она очень испугалась, что станет еще хуже. После разговора с психологом и классным руководителем Свету перевели в параллельный класс, а новый классный руководитель взяла ее под опеку.

Что происходит?

Родитель: «Мы должны наказать обидчиков! Немедленно пойдем и расскажем все директору!»

Ребенок: «После этого меня совсем замучают! Тебе хорошо, ты будешь дома…А я там снова буду совсем одна!»

 

Комментарий

Дети дразнились и будут дразниться всегда. Но это не всегда становится трагедией, загоняет ребенка в угол, делает жизнь невыносимой. Одиночество, отсутствие поддержки – вот что придает трагизм ситуации. Почему дети так жестоки к сверстникам? Первоначальная агрессия проявляется у них при первой встрече. За ней стоит неуверенность в дружелюбном отношении, желание «показать клыки» на всякий случай. Как правило, обидчику отвечают тем же, и в отношениях устанавливается относительный баланс. Активно «попробовав», ребенок выбирает друга, как правило, своего пола и своего социального статуса. Группировки в классе могут враждовать, отстаивая «своего». Не оказав сопротивления и ни с кем не сдружившись, ребенок рискует стать «изгоем». Особенности внешности, этническая принадлежность, необычное имя или фамилия – только поводы для издевок. Поэтому, если мы хотим оградить ребенка от нападок и одиночества в классе, стоит помочь завести друзей и подруг. В нашем случае, как уже говорилось, пришлось перевести Свету в другой класс.

 

Ситуация 2. «Жестокое соперничество в семье»

В семье Наташи ждали прибавления. Девочка мечтала о сестричке, о том, как будет ее учить, наряжать, играть с ней. А родился братик. Наташе было особенно обидно: ее обманули. Но никто ей не объяснил, что так бывает: ждут девочку, а получается мальчик… Мало того, ее отселили на отдельный диван и теперь каждый раз, когда она хотела поиграть или почитать с мамой, прогоняли: «Иди, не мешай. Разбудишь маленького. Ты же видишь, какой он крохотный, такой милый…» Значит, она теперь не нужна? Теперь что, ее выгонят, отдадут в приют, как грозился папа, когда Наташа шалила? И все из-за какого-то карапуза? И дождавшись, пока мама уйдет на кухню, Наташа взяла подушку и накрыла ею братика, а сама пошла играть. Когда мама вернулась, малыша не было слышно. Она все поняла сразу. Бросилась к детской кроватке… По счастью, малютка отвернул голову и смог дышать. «Ты что натворила? Он же мог задохнуться!» – «Ну и что?» – только и ответила девочка. Ей совсем было не жалко брата, раз он такой… Родители пришли к психологу. Они не сомневались, что Наташа серьезно больна. «Увы, это типичная ситуация! Запущенная, но поправимая», – был ответ специалиста.

Что происходит?

Родитель: «Ты плохая девочка, злая, жестокая! Как ты могла? Он же маленький!»

Ребенок: «Так вы все равно за него. Даже теперь, когда мне приходится его душить, чтобы побыть с вами!»

 

Комментарий

Конечно, не всегда жестокость детей принимает такие формы – дети больше фантазируют: «Ах, если б его не стало!», «Пусть его назад аист заберет, нам хватит!», «А когда он уедет в больницу?», «Мне не нужен братик, я вас не просила!». Но нанесение увечий и даже убийства младенцев, увы, имеют место. Причина банальна: ревность старших, но еще маленьких детей к младшему. Если ребенка опекали всем семейством, включая бабушек и дедушек, а потом так же хором переключились на новорожденного, жизнь первенца обречена на страдание. Он хотел бы быть на месте младенца, чтобы его гладили, сюсюкали с ним, кормили с ложечки и т. п. Но все это другому… В такой ситуации стоит дать ребенку и сосочку пососать, и кашкой с ложечки покормить, и ручки-ножки маслицем смазать, и шапочку примерить, и пр. Это предупредит зависть и включит ребенка в водоворот забот о младенце. Со временем вместо агрессии и обиды сердце ребенка наполнится любовью, умилением и гордостью за то, что теперь и он может выполнять важные «взрослые» поручения.

Ситуация 3. «Жестокость по мотивам телесюжетов»

Девятилетний Степан – самый сильный мальчик в классе. Он занимался карате, играл во дворе в футбол. Ребята тянулись к нему и всегда ждали от него подвигов. И он оправдывал их ожидания: то первоклашке вывернет руку («Чтоб знал!»), то выпрыгнет со второго этажа, хорошо, на снег. При этом Степан хорошо учился, особенно по математике. Но с некоторых пор Степан создал свою «бригаду», как в сериале, присвоив себе кличку Черный (по типу «Саша Белый», но наоборот). «Бригада Степана Черного» стала грозой младшей школы. Каждый день Степан придумывал новые «геройства». С детей из состоятельных семей «бригада» требовала дань «по справедливости», потом покупали сигареты, пиво. А однажды «братки» потащили в подвал с крысами первоклашку, отказавшегося платить. У мальчика случился эпилептоидный припадок… Он выжил, но остался инвалидом. Все были шокированы – родители, учителя, психологи. А ведь о «Бригаде» знали почти все…

Что происходит?

Родитель: «Ты смотришь всякую муть, вырастешь бандитом!»

Ребенок: «Здорово, бандитов боятся, их показывают в кино! И они не ждут у моря погоды, а берут, требуют все, что им нужно, сами!»

 

Комментарий

Телевидение и кино – основной источник моделей героического поведения для мальчишек. Возраст 8 – 12 лет (условно) называется монашеским периодом. В это время мальчики и девочки дистанцируются друг от друга. Одновременно формируется моральное сознание, представления о справедливом, идеальном устройстве мира. Кумирами становятся киногерои. В 1960 – 80-е годы это были Джеймс Бонд, Фантомас, индейский вождь Чингачгук… Сегодня это вампиры и бандиты всех мастей, но есть и «приличные» герои – тот же Индиана Джонс, «менты», Брюс Уиллис. Каждый герой ставит своей целью восстановление справедливости. Ребенок может соблазниться «бандитской» моралью, особенно если его семья живет беднее других. Когда родители ругают обстоятельства, страну, судьбу, ничего не предпринимая, они тем самым провоцируют сына на агрессию, безжалостное отношение к тем, кто «несправедливо» живет хорошо. Социальная зависть – почва для формирования агрессии. События на Манежной площади – следствие такого же феномена. Мальчишки из предместий собрались в центре столицы, чтобы заявить о своих правах. Культ физической силы и безжалостность – единственное, что могут противопоставить «несправедливому» строю мальчишки.

 

Почему дети бывают жестокими?

1. Детская агрессия может быть следствием жестокого обращения или просто холодных отношений. В первом случае все ясно. Если ребенка бьют, не кормят, не церемонятся и унижают, он постарается «реабилитироваться» в других отношениях. Только так он может восстановить справедливость. Такие дети мечтают вырасти и отомстить родителям. Второй случай сложнее. Синдромом «холодного дома» нередко заражены семьи с хорошей репутацией: воспитанием ребенка занимаются серьезно, денег не жалеют. Обнаружив факты проявления жестокости, родители чаще всего думают, что просто избаловали ребенка. Словом, нужно было пороть. Но именно так поступали родители в первом случае и получили сходный результат. Общее у них – отсутствие теплых, нежных, радостных отношений в семье. Счастье и радость другого не является ценностью для остальных членов семьи. Каждый живет своими интересами. А дома? Достаточно исполнять свои обязанности и быть просто вежливым.

2. Серьезная причина жестокости – неуверенность в себе, нервное ожидание плохих событий, дурных перемен. Напряжение снимается через агрессиию. Неопределенность, в которой живут дети, постоянный страх за себя, свою семью может усиливать тревожность. Причем поводом для таких тревог может стать относительная бедность: родители твоих одноклассников ездят на дорогих авто, а в твоей семье не только не планируется такая покупка, но постоянно говорят об экономии, бережливости и т. п.

3. На третьем месте среди причин особой жестокости – телевидение и Интернет. Сцены насилия, игры-симуляторы, «стрелялки» могут провоцировать агрессию. Экранные технологии способны влиять на поведение юных. Демонстрации фильмов о молодых самоубийцах влечет существенный рост числа суицидов. Насмотревшись мультиков про животных, которые «гасят» друг друга под веселую музыку, ребенок с таким же азартом может наброситься на домашнюю кошку или переехать велосипедом черепашку. Экранные технологии меняют порог чувствительности и чувство реальности. Акцент переносится с тактильных переживаний на визуальные, важной становится картинка, а не боль. Один из трагических случаев мне кажется особо характерным: 9-летний мальчик решил повеситься перед камерой, чтобы выложить ролик в Интернет или отправить эсэмэской приятелям. Как он себе это представлял, мы уже никогда не узнаем, но кадры на мобильном остались…

4. Жестокость – это и способ защиты от обидчиков, стремление в ответ доставить такую же боль, досадить. Объектом жестокости всегда были особо строгие учителя. Им первым присваивали обидные клички, подкладывали кнопки, пачкали мелом сиденье и т. д.

5. Объектом мести могут быть дети, которые просто отличаются от остальных внешне – особо высокие, полные, представители других этносов. Так вымещаются детские страхи – на другом. Младшие школьники склонны сбиваться в стаи и, став практически непобедимыми, начинают скрытую и очень жестокую войну с «непохожими».

6. Жестокость стимулируется и равнодушием, попустительством взрослых, предпочитающих не вмешиваться в детские отношения.

Как научить их любить?

1. Есть три стадии сближения между людьми: агрессия – жалость – любовь. Они бывают жестокими, если к ним никто не испытывает жалости, не то что любви. Каждый человек с рождения испытывает потребность в телесной привязанности. Если ребенка отшвыривать, не прикасаться к нему, не обнимать в порыве нежности, он начнет выпрашивать любовь самыми разными способами. Уйдет в болезнь, например, будет вечно жаловаться, потому что только в период болезни мама бывает доброй. А если нет даже жалости, вымогательство приобретет формы ярости: вещи бросаются на пол, одежда рвется, «горит», игрушки теряются. Такое поведение означает требование любви.

2. Ребенок не сможет проявить жестокость, если его «закодировали» с детства. Есть формулы, которые остановят мальчика, поднявшего руку. Можно рассказать ребенку о «законе бумеранга»: обида и боль падут рано или поздно на голову обидчика и его родных. По-русски: как аукнется, так и откликнется, что посеешь, то и пожнешь, не плюй в колодец – пригодится воды напиться, поднявший меч от меча и погибнет. Рассказывайте поучительные истории, сказки и притчи о том, как странно и неумолимо «зарифмована» жизнь.

3. Учите ребенка просить прощения и прощать. Это верный путь пережить обиду и сохранить отношения с людьми. Люди редко обижают умышленно, а за нечаянную обиду жестоко мстят. «Давай попросим прощения у мальчика. Ты же не хотел его обидеть? Девочка бросила в тебя песком, не подумав. Если она извинится, мы сможем ее простить и играть вместе». Просите извинения сами. Даже если обида легкая и над нею можно посмеяться вместе: извинение дает понять, что нам важны чувства другого человека.

4. Используйте в лексике прилагательные, уменьшительные слова, ласковые варианты имени ребенка. Придумайте такие варианты имени, которыми никто, кроме вас, не называет ребенка. Саша, Сашенька, Шурик, Шуша… Таня, Танюша, Тата, Татуся, Таняня… Чтобы ребенок почувствовал, как он вам дорог и какой он необыкновенный. Ребенок, сердце которого наполнено умилением и любовью, не станет жестоким.

5. Помните, что жизнь полна тревог, страхов, фантазий. Ребенок постоянно нуждается в утешении и подбадривании. «Ну, ничего страшного… Не расстраивайся… Я тебе помогу… Ты же видишь, я рядом… Ну, это горе – не беда! Я не вижу повода для беспокойства. Все будет хорошо». Эти слова производят впечатление и на взрослых, именно они говорят нам о том, что мы – любимы.

6. Агрессия может перениматься. Антидот агрессии – проявление любви и нежности. Наряду с фильмами про супергероев, спасающих человечество, в доме должны быть и фильмы про любовь. Мелодрамы не очень интересуют мальчиков, которые именно с 9 до 12 лет активно усваивают агрессивные формы поведения. Но позже, когда отношения полов начнут их занимать серьезно, предложите им хорошие романтические комедии. Это время, когда подростки как бы снова возвращаются в дошкольный «сказочный» возраст, пытаются найти свой идеал уже не среди мужчин-актеров, а среди женщин. «Амели», «Вечное сияние чистого разума», «Я шагаю по Москве» заденут сердца любого ребенка, напомнят, что мир полон чарующих впечатлений.

7. Юмор – более действенное оружие, чем мордобой. Используйте перевертыши, смешные описания, смешите, показывайте, что конфликт легко разрешить, если немного изменить обстоятельства.

6

«Ребенок-неудачник»: «Он не стремится к успеху!» Как не воспитать лузера?

«Он все время в стороне, не играет с другими. Как бы он не вырос лузером!..», «У других детей легко получается то, что у моего не получится ни за что…», «Боюсь, он вырастет таким же лузером, как его отец… Звезд с неба не хватает. Никаких талантов!»

Успех – новое и изначально не психологическое понятие. Этот идеальный конструкт, миф эксплуатируется в обществе, чтобы стимулировать людей достигать все более высоких целей. В советские коллективистские времена слово «успех» употребляли редко. Ведь успех – это личное, индивидуальное достижение. Говорили о рекордах, прорывах, починах, героях, на которых нужно равняться. Но о том, что и массам, большинству следует не сидеть сложа руки, а «добиваться успеха», не было и речи. Желая ребенку стать успешным, вы готовите его к индивидуальным достижениям. Установки на успех пришли к нам с Запада вместе с другими элементами и понятиями протестантской этики. И слово «лузер» (неудачник) тоже.

Исторически у успеха есть вполне осязаемое измерение – деньги. Не столько сам уровень достижений, а именно уровень дохода и потребления стали показателями успеха. Но все же понятие «успеха» мутирует. И по мере того как деньги сами по себе разочаровывают людей, ему приписывается психологическое содержание. Магия мифа об «успехе» сопоставима с магией таких мифов, как «счастье», «любовь». Все хотят быть успешными, счастливыми и любимыми. Но как? Как воспитать успешного человека? Я бы поставила вопрос иначе: какие качества нужно развивать в ребенке, чтобы он чувствовал себя услышанным и принятым, чтобы его желания и мечты реализовались и получили признание?

Вот лишь некоторые из них.

1. Восприимчивость ко всему новому. Один из базовых рефлексов у младенца – ориентировочный (его еще называют рефлекс «что такое?»). Если подавлять любопытство и не поощрять любознательность, ребенок потеряет способность ориентироваться в новых условиях и адаптироваться к переменам. Мир стал намного динамичней, и уже недостаточно загрузить ребенка знаниями и надеяться, что этого хватит на всю жизнь. Только умение спрашивать и интересоваться оставляет нас в адекватной связи с быстро меняющимся миром.

2. Энтузиазм это уверенность в достижимости долгосрочных целей. Это вера в мечту, готовность ошибаться и пробовать, пока цель не будет достигнута. Но это не только целеустремленность и оптимизм – это и умение распределять свои ресурсы.

3. Широкий кругозор дают ребенку образование и хобби. Образование помогает смотреть на мир системно, как на совокупность повторяющихся значимых связей и зависимостей. Собственная наблюдательность ребенка расширяет представления о жизни. Хобби позволяют удовлетворять особые, личные интересы.

4. Умение комбинировать возможности для достижения определенной цели. Удача любит тренированных, а значит, самый неожиданный успех всегда подготовлен. Опыт показывает, что особо успешны люди, умеющие увидеть возможность там, где другие ее не видят. И это не чудо. Часто это просто результат внутреннего проигрывания вариантов и внешних проб.

5. Эмоциональная устойчивость позволяет выдерживать перепады, ошибки и проигрыши, оставаясь в хорошей форме, т. е. сохранять готовность воплощать свои планы и желания при более благоприятных обстоятельствах.

6. Умение сопереживать и сочувствовать. Если ребенка не научить понимать и учитывать запросы других, он будет раз за разом разочаровываться в людях и обстоятельствах, терять друзей и коллег и ослаблять свои позиции. Я против манипулирования. По-настоящему окупаются только добрые отношения, без лжи и фальши. Если вы внушите ребенку, что вокруг все жулики и ханжи, мир обязательно повернется к нему именно этой стороной – той, на которую он рассчитывал.

 

Ситуация 1. «Успех и зависть»

Рита (9 лет) – очень старательная девочка. Она любимица дома, учится отлично. Родители приучили Риту быть лучшей во всем. Победа любой ценой, т. е. ценой любых усилий. Поэтому Рита иногда не ходит гулять, чтобы приготовить все уроки. Она очень расстраивается, получив среднюю отметку, и очень радуется, когда ее ставят в пример классу. В этом году мама записала ее на танцы, «чтобы осанку выровнять и походка была красивой». Домой стали ходить вместе с Таней из соседнего дома. Однажды мама сказала Рите: «Посмотри, как красиво ходит Таня, какой стройной и легкой она стала!» Вдруг Рита разрыдалась…

Что происходит?

Родитель: «Посмотри, как хорошо получается у твоей подруги. Учись!»

Ребенок: «Они меня любят только за победы… Стоит мне расслабиться, и они уже любят другого победителя!»

 

Комментарий

Мотивировать ребенка на успех, понимаемый как получение самого главного приза в гонке за победу, – значит сделать его заложником внешних достижений, чужих конкурсов, навязанных иллюзий и детских желаний самих родителей стать если не «звездой», то родителями «звезды». Сколько трагедий случается на этой почве! Давайте-ка поэтому уточним: успешный – это не тот, кто первый, а тот, кто максимально реализует свои мечты. В этом смысле математик Перельман счастливей Майкла Джексона, потому что занимается тем, что ему нравится, о чем он мечтал, игнорируя давление внешнего стандарта успеха. Его родители не ожидали, что он станет известен, и это дало мальчику возможность спокойно долгие годы заниматься математикой. Сравнивая своих детей с другими, мы наносим глубокую травму отвержения. Нам кажется, что так мы подстегнем ребенка к тому, чтобы двигаться быстрее и лучше. А на самом деле лишаем его всякой мотивации. Потому что дети готовы бороться и проявлять свои лучшие качества только при условии безусловной родительской любви. Они надеются, что мы им желаем счастья просто так. Они надеются разделить это счастье с нами в будущем.

 

Ситуация 2. «Успех и потребность в любви»

С семи лет Васю родители оставляли в интернате или у бабушки, потому что работали в Париже. Ребенок с нетерпением ждал любых известий от папы и мамы. Раз в полгода они приезжали с подарками, дом наполнялся гостями, смехом и разговорами. Васю водили в театр, зоопарк, на каток. Мама все время целовала и обнимала его. Но потом как будто свет во всем мире выключали: родители снова уезжали. Чтобы произвести впечатление на родителей, десятилетний мальчик подготовил им концерт, подобрал сам на рояле французские песенки, которые чаще всего звучали во время приезда родителей. Может, они услышат, как он хорошо поет по-французски, и возьмут с собой? Родители были поражены. Но во Францию Васю не взяли. И он проплакал всю ночь. Зато утром возле столовой появилась афиша. Объявлялся Васин концерт! Педагоги решили, что мальчика нужно поддержать. Если его усилия не важны родителям, то для остальных ребят – это пример целеустремленности и веры в мечту. «Когда вырастешь, ты тоже поедешь в Париж и сам пригласишь туда родителей!»

Что происходит?

Родитель: «Спасибо, ты хорошо сыграл. Очень мило…»

Ребенок: «Мило? Да я потратил полгода, чтобы разучить эти песни. Они не понимают, что значит для меня эта встреча. Они меня уже не полюбят ни при каких обстоятельствах!»

 

Комментарий

Есть ситуации, в которых не нужно жалеть восторгов. Самые сильные выражения будут уместны. Например, на дне рождения ребенка! Время напомнить о его мечтах и достижениях, заверить, что при любых обстоятельствах он может рассчитывать на любовь и поддержку. Если ребенок в детстве не пережил триумф, ему трудно будет пережить его потом. Он не будет стремиться к тому, чтобы проявить лучшие качества, если не получит признание своих усилий. Но по-настоящему счастливы мы бываем, когда делим свою радость с родными. Любовь – это резонансное чувство, радость увеличивается кратно, когда рядом любимый, родной человек. Если взрослые не оправдывают ожиданий ребенка, надежд на любовь, даже когда он очень старается и тратит огромные усилия, то, может, они не любят его?

 

Ситуация 3. «Успех и целеустремленность»

Пятилетнему Никите все дается с трудом. Даже звуки он пока не все произносит правильно… Но он упрям. Однажды отец повел его на каток и с удивлением обнаружил, что первые неудачи не только не расстроили сына, но мобилизовали. Он падал, вставал, кряхтя, и снова пытался проехать хоть немного сам, без поддержки. В результате мальчик промок и заболел. Родители решили: никакого катка! Никита загрустил: «У меня никогда ничего не получится!» «Какой-то он у нас неудачный…» – пожаловалась мама папе. «Да, надо рожать второго…» – согласился отец.

Что происходит?

Родитель: «Не пытайся, у тебя все равно ничего не получится! Все закончится, как всегда…»

Ребенок: «Они не верят, что я смогу чему-то научиться. Да они просто не дают мне возможности показать, на что я способен!»

 

Комментарий

Успешный человек – это не тот, кто никогда не проигрывает, не ошибается, не падает и не попадает в смешное положение. Успешный человек – это тот, кто с энтузиазмом занимается тем, что ему нравится, до тех пор, пока сам себе не скажет: «Кажется, получилось. То, что нужно!» Невротический страх родителей оказаться неудачниками или вырастить неудачника мешает детскому развитию. Родители прерывают их пробы на этапе ошибок. Вместо того чтобы поддерживать прогресс, мы иногда выносим свой обвинительный вердикт. Ставя «диагнозы» детям, опираясь на худшие свои ожидания, мы программируем детей не неудачи. Теперь всякий раз, что-то пробуя, они будут останавливаться на этапе неудач, так и не достигнув цели: «Вот оно! Мама была права, я получился неудачным!»

У детей разные «кривые обучения». У некоторых навыки формируются сразу. Некоторым достаточно совершить и изучить свою первую ошибку, чтобы действовать далее гораздо точнее. А некоторые совершают очень большое число проб хаотически. Если им не помочь критически отнестись к своим попыткам, навык не сформируется. Иногда на это требуется время. Во время паузы формирование навыка продолжается. Он генерализуется (обобщается корой головного мозга), выделяется главная схема, внутренняя инструкция. Через пару дней ребенок, который не мог удержаться на коньках, вдруг становится и едет!

 

Почему дети хотят быть успешными?

1. Дети хотят быть особыми, чтобы их любили еще больше. Любви не бывает много. Ребенок чувствует, как радуются родители, когда у него что-то получается. И конечно, понимает, что лучший способ добиться родительской любви – это что-то сделать трудное, невероятное, чтобы удивить и порадовать. Любовь родителей – вот что мотивирует ребенка на успех.

2. Дети заражаются «успехоманией» от родителей и следуют мифам успеха, важным для семьи. Если успех для родителей – это деньги, то стоит ли удивляться, что уже в младших классах некоторые дети приторговывают домашними заданиями? Если успех – любимое занятие, дело жизни и ребенок видит, как даже по ночам папа что-то пишет в своем кабинете, то и он будет искать то, над чем можно работать с таким же увлечением. Если успех – это жизнь в кругу семьи, ребенок будет испытывать наивысший восторг, встречая родных.

3. Признаки успешного поведения подают все без исключения дети. Не все качества развиваются равномерно. Бывают дети чрезвычайно любознательные и наблюдательные, но не готовые еще подолгу заниматься тем, что их увлекает. Любопытство может противоречить эмоциональной устойчивости, каждый раз увлекая ребенка чем-то новым. Ребенок может быть очень чувствительным к отношениям, реагируя на перемену отношения к нему со стороны взрослых, бояться, что его разлюбят и отвергнут. И это может мешать ему в ряде социальных ситуаций, в которых он будет чувствовать себя неуверенно, стесняться, страдать. Придав ему уверенности, вы увидите, как точно и красиво он будет себя вести, каким социабельным человеком он вырастет.

4. Моя идея состоит в том, что отсутствие у детей качеств успешного в будущем человека – не повод их не проявлять. Воспитание похоже на режиссуру. И если мы воспитываем их по системе Станиславского, то вначале следует внешнее проявление качества, желания, намерения, а потом оно уже наполняется личностным смыслом. Многие дети усваивают поведение успешных людей, не имея каких-либо достижений. Просто потому, что некоторые главные сказочные герои обладают качествами успешных людей. А детям очень хочется походить на героев. Позже их сменят кумиры, а потом, если повезет, наставники и учителя… Ребенку нужен образец, чтобы на него ориентироваться, тянуться к нему. И если такой идеал есть, ребенок стремится проявить свои лучшие качества!

5. Дети настроены оптимистично, потому что еще не знают, что жизнь потребует от них усилий и компромиссов. Когда вокруг столько нового и красивого и ты просыпаешься в окружении любящих улыбающихся людей, оптимизм только нарастает. У нас два пути: либо пугать детей (вокруг засады, тайные враги), либо поддерживать очарование жизнью. Готовить к войне и страданиям или к миру и любви. Только миролюбиво настроенные дети бывают по-настоящему успешны.

6. Дети любят, когда ими восхищаются. Да что там! Многие взрослые болеют детским нарциссизмом и любят собрания и праздники, где можно выступить, снискав восторг окружающих. Но только со временем дети откроют, каких усилий требует настоящее признание и как приятен заслуженный успех и своевременное признание.

Некоторые приемы воспитания успешного ребенка

1. Если следовать психологическому определению успеха, то достаточно поддерживать и развивать у ребенка качества, которые помогут ему удовлетворять свое любопытство с энтузиазмом. Все остальное – дело наживное. Успех требует не столько ума, сколько определенных качеств и социальных навыков. Поэтому одно из направлений родительских усилий – это формировать позитивное «я», благоприятную самооценку, уверенность в себе, культивировать желания, помогающие развивать способности. Похвалы, положительные наблюдения и замечания – верный способ укрепить я ребенка. Всегда празднуйте день рождения ребенка, как день вручения «Оскара». Чтобы он не дрогнул, когда наступит настоящий триумф.

2. Чтобы ребенок познал вкус победы в будущем, он должен получить «прививки». Несмотря на множество сентиментальных биографий известных людей, которые страдали в детстве, но стали успешными и знаменитыми, я не склонна верить в сказку о Гадком утенке. Гадкий утенок станет лебедем, если ему хоть кто-то однажды намекнет, объявит, убедит в его прекрасной будущности. Мечтайте вместе с ребенком о том, каким он будет, заразите его, очаруйте прекрасными образами, зажгите в его воображении путеводную звезду.

3. Не забывайте рассказывать о своих успехах и достижениях. Ребенок захочет стать таким, как вы. Приятно осознавать, что твои родители не просто ходят на постылую работу – они спешат на работу, потому что там происходит что-то интересное, там ждут их!

4. Сравнивайте ребенка только с положительными персонажами и в пользу ребенка! Иначе сравнение будет воспринято как отчуждение и даже отвержение со стороны самых дорогих людей. Приятно чувствовать себя в ряду сильных, умелых, достойных людей. Помните, что ребенок надеется на то, что вы к нему относитесь лучше, чем ко всем остальным детям на свете. Иначе что такое любовь? И зачем стараться?

5. Ищите оптимальный уровень сложности решения задач для своего ребенка. Очень сложные и очень простые задачи одинаково неинтересны. Ребенку нравится, когда его считают немножко старше, чем он есть.

6. Учите детей решать одни и те же проблемы разными способами. Многовариантность – черта поведения успешных людей, которые двигаются вперед иногда не самыми оптимальными путями. Но это лучше, чем стоять на месте только потому, что идеальное решение невозможно.

7. Лояльно относитесь к проявлениям детской экспрессии, включая агрессию. Чувства, которые ярко проявляются вовне, легче обсудить, на них легче реагировать. Кроме того, ребенок, который научится выражать свои эмоции и читать эмоции других, легче ориентируется в новых ситуациях.

8. Не повторяйте, как попугай: «Успех! Успех! Пиастры! Пиастры!» Ребенок давно уже понял, чего от него ждут. Лучше помогите ему определить основное направление деятельности. Сходите, например, к специалисту по детскому развитию на консультацию, измерить IQ и т. д.

7

«Неграмотный ребенок»: «Мой ребенок не любит читать». Как его мотивировать к чтению?

«Мой сын совершенно не читает. Он вырастет неучем!», «Как заставить его взять книжку и думать?», «Почему они не читают? Раньше было стыдно не читать», «Я всегда читала детям, когда они были маленькими, но так и не приучила их к самостоятельному чтению», «Он любит комиксы и всякую ерунду, но серьезными книгами его не увлечь».

Почему дети всего мира перестали читать?

1. Дети все меньше и неохотней читают. Толстые фолианты, чернила и перья так долго символизировали высокую культуру, что с их исчезновением из обихода мы погрузились в тревожное ожидание конца цивилизации. С прекращением чтения разрушится самый важный канал передачи опыта между поколениями.

2. Феноменом механического, «бессмысленного» чтения первыми стали заниматься американцы, в частности психолог Майкл Коул. Для значительной части американских детей, детей мигрантов, английский язык не был родным, и предполагалось, что трудности понимания текстов снижают у детей мотивацию к чтению. Дети могли читать технически, но, прочитав текст в хорошем темпе, они потом не могли не только пересказать, но иногда даже сказать, о чем был текст. Дети читали так, будто у них было поражено правое полушарие, которое отвечает за воображение и эмоциональное реагирование. При этом тесты на интеллект они проходили успешно, и иногда особо выраженным у них был невербальный интеллект, за который отвечает именно правое полушарие. Физиология и генетика были тут ни при чем. Низкая мотивация к чтению и обучению в целом привели к снижению уровня образования в самой технологически развитой стране мира.

3. Вместе с тем речь не шла о возврате к абсолютной неграмотности. Чтению-письму сегодня обучаются все. Возможно, общий объем прочитанных текстов и не меньше, чем в старые времена, но очевидно, что читают сегодня в основном не книги, а электронные тексты форматов. У этого равнодушия к книгам есть оборотная сторона: дети видят, что родители не умеют пользоваться компьютером и не проявляют интереса к виртуальным мирам.

4. Компьютерная коммуникация предполагает не только пассивное чтение текстов, но и их постоянное производство. Навыкам правописания, аккуратности и каллиграфии противопоставляется скорость печатания, адресность, жанровое соответствие написанных текстов. Устная речь во многом вытесняется письменной.

5. Снижение ценности чтения для современного ребенка – факт его адаптации к изменившимся условиям развития: дети не стали менее любопытны, но они стали, безусловно, менее подконтрольны. Если мы хотим говорить с детьми на их языке, нам придется осваивать компьютер или не делать вид, что он нам не очень-то и нужен.

6. Последствия гуманитарной революции, связанной с быстрым переходом от устной речи к письменной, от чтения к письму, еще предстоит оценить. Пока есть опасение, что ребенок в Сети оперирует с более простыми и часто малограмотными текстами. С падением интереса к чтению падает и уровень культуры. Происходит смещение акцента с производства высоких культурных ценностей на потребление всего нового, забавного, прикольного и т. п. Так мышление не развить… Пока ученые ищут ответы, родители предпринимают усилия, чтобы передать свой опыт чтения детям.

Ситуация 1. «Принудительная мотивация»

Папа шестилетнего Сережи принял решение: сын будет образованным и начитанным. Сам он из неполной семьи и гордится, что смог получить образование. В семье заведено правило каждый вечер читать с ребенком. В год и 7 месяцев Сережа уже знал буквы. В 2 года 4 месяца складывал и читал простые слова «ма-ма», «па-па», «ба-ба». В 4,5 года Сережа уже читал новые слова, но под разными предлогами стал увиливать от вечернего чтения. На очереди были «Мифы Древней Греции» и толстый том сказок Гофмана, но ребенок вдруг стал болеть, замкнулся и скоро перестал разговаривать с домашними, думая о чем-то своем. Психолог в детском саду пришла к выводу, что у мальчика депрессия или эмоциональное истощение, связанное с необычным видом «психологического насилия» над ребенком – принудительным, все усложняющимся и все менее понятным ребенку чтением.

Что происходит?

Родитель: «Ты будешь читать то, что тебе скажут!»

Ребенок: «Я никогда не буду счастлив, не смогу заняться чем-то интересным!»

 

Комментарий

Образование и чтение требуют усилий: если у детей не сформировано произвольное внимание и запоминание, им трудно читать самостоятельно. Одним из мотивов чтения может стать страх наказания за отказ или неумение делать то, что ожидают родители. Эффект вполне предсказуем: ребенок будет стремиться «закосить» от непосильного или постылого занятия при первой же возможности и, вполне возможно, возненавидит чтение. А если в семье требовательные, прагматичные, холодные отношения и члены семьи оцениваются по «рабочим» характеристикам, ребенка остается только пожалеть…

К тому же частенько взрослые шантажируют ребенка суждениями вроде «в твоем возрасте все давно читают», и бедному ничего не остается, как принять эти слова на веру, признав, что он, возможно, «вырастет настоящим идиотом».

Если родители рассчитывают на самостоятельность дошкольника или на особый путь и темп его развития, они явно переоценивают его возможности. Нельзя миновать этапы совместного вечернего чтения, фантазирования по мотивам сказочных сюжетов, их разыгрывания со сверстниками и переходить сразу к самостоятельному чтению. Нельзя растить ребенка в изоляции, принудительное же развитие той или иной способности сужает круг общения ребенка. Любая деятельность ребенка, как и взрослого человека, полимотивирована. Часть стимулов к развитию мы черпаем из общения со сверстниками, не желая от них отстать или стремясь попробовать то, что кажется нам интересным именно в их исполнении.

 

Ситуация 2. «Чтение и компьютер»

Пятилетняя Катя не хотела учить буквы, пока ее не пустили за компьютер. Оказалось, что она уже знала половину букв, занятия с бабушкой не прошли даром. Чудо: за пару вечеров она выучила десяток команд, чтобы играть на компьютере! После этого трудно было обвинить девочку в слабых способностях и лени. Но читать она по-прежнему отказывалась. И тогда решено было запретить играть, пока Катя не прочитает сказку, сначала «Машеньку и медведя», потом «Трех поросят». Катя плакала, но читала… Пока бабушка не сорвалась и не пожаловалась психологу в детском саду на Катю, родителей и садик, в котором не приучают детей к культуре…

Что произошло?

Родитель: «Ты не будешь заниматься тем, что тебе нравится, пока не займешься тем, что я считаю нужным!»

Ребенок: «Ты злой. Ты не даешь мне играть. Ты меня не любишь!»

 

Комментарий

Сравним-ка компьютер и книгу. О первом родители мало знают, этот опыт незнаком им по их собственному детству. Компьютер дает ребенку иллюзию управления, включенности во взаимодействие с миром. Чтение – это процесс восприятия событий, в ход которых ребенку не удастся вмешаться. Если только вы не разыгрываете пьесы по мотивам сказки, не импровизируете во время чтения, не читаете по ролям и. т. д. Компьютер дает ощущение легкости исполнения замысла – одно движение, и готово! Набирая буквы на клавиатуре, ребенок осуществляет более сложную деятельность, чем складывание букв в слова. Чем сложнее деятельность, тем она интересней. Парадокс, но это так. Слабая мотивация к обучению слишком простым для данного возраста действиям может тормозить развитие навыков. И, наконец, компьютер дает возможность играть. Читая, ребенок получает часто только моральное поощрение взрослых. Интуитивно понимая это, взрослые манипулируют ситуацией, выстраивая зависимости «чтение → игра на компьютере», и т. д. Обучение в игре в большей мере соответствует запросам дошкольника, чем «школьное» обучение. Но вот что важно: читая, ребенок эмоционально вживается в роль. Играя же на компьютере, он исполняет последовательность только ему интересных операций. Компьютерная игра закрепляет детский эгоцентризм и тормозит развитие произвольных («волевых») навыков.

 

 
 

Правообладателям!Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Перейти к другим замечательным книгам


Комментарии   

 
Дмитрий Нестеренко
+1 # Дмитрий Нестеренко 29.07.2015 17:03
У нас появилась новая рубрика: РЕКОМЕНДУЕМ ПОЧИТАТЬ :-)
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 
 
Анна
0 # Анна 11.11.2016 16:34
Спасибо за статью!
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

МБУК Федеральный портал "Российское образование" ГОСУСЛУГИ